Надо же, всё совпало! — поразился Кудряшов. — И про Головина, и про любовницу! Фух… И в МГУ придется, в любом случае, ехать…
— Н-да… Ну что ж, товарищи, — переглянулся он с членами своего парткома. — Мы всё выяснили. Нам здесь больше делать нечего.
— Это же надо! — потрясённо проговорила Истомина, когда они уже отошли немного от дома.
— Да уж… Слов нет, — поддакнул Блохин, многозначительно переглянувшись с Кудряшовым. — Он что же, вообще, жене денег не давал?
— Понятия не имею… Придётся, товарищи, в понедельник партийное собрание организовывать, — расстроенно ответил председатель. — Признаться, я до последнего надеялся, что это какая-то ошибка… Но тут уже ошибки быть никакой не может, даже нет смысла сверять названный женщинами номер с его номером… Займётесь завтра собранием, Владимир Иванович? А я в райком съезжу, доложусь…
— Ко скольки людей собрать? — уточнил Блохин.
— Ну, давайте на три часа, — ответил Кудряшов, подумав, что к этому времени уже успеет вернуться из МГУ и из райкома.
— А Головину будем говорить по какому поводу будет собрание? — спросила Истомина.
— Как хотите, — ответил председатель, махнув рукой.
Приехав домой занимался с детьми, помогал Ирине Леонидовне. Потом поехал на тренировку. Марат, перед началом занятий, решил со мной насчёт подарка Аише посоветоваться.
— Восемнадцать лет будет, совершеннолетие, — торжественно произнёс он, чтобы я прочувствовал ответственность момента.
— Слушай, я ж не знаю, на какую сумму ты рассчитываешь? — ответил я. — А кстати, что у вас там с народным домом? Начали строить? Анна Аркадьевна с Загитом, вроде, хотели платить прорабу и не появляться там… Ты тоже так планируешь? Узнавал уже, во что это тебе встанет?
— Так, а у кого узнавать? Строительство же ещё не началось.
— А когда? — повернулся я к подошедшему только-только Сатчану. — Что там с «народным домом» слышно?
— Согласования, — пожал он плечами. — Думаете, это всё так быстро? Новоселье уже планируете? В лучшем случае, через год!
— Понятно. Время ещё есть, — улыбнулся я, взглянув на Марата. — Ну а что касается подарка… Можно и что-то антикварное приобрести, безделушку какую-нибудь.
— Антиквариат? — удивлённо посмотрел на меня Марат. — А это очень дорого?
— По-разному, — ответил я. — Бывает, и не очень дорого. Вот, недавно приобрёл для соседки-художницы на юбилей театральный бинокль конца девятнадцатого века с перламутром, это ракушки такие, за тридцать пять рублей.
— О! Это нормально!
— Конечно, нормально, — улыбнулся я.
— Я подумаю над твоим предложением, — сказал Марат задумчиво и пошёл в зал.