— А третье условие? — изумлённо глядя на меня, спросил Захаров.
— Регина Быстрова, — ответил я. — Они, против всех наших договоренностей о перемирии, нагло пропихнули её через ЦК ВЛКСМ в комсомольские структуры МГУ, связанные со мной… Они должны убрать её и из Комсомольского прожектора, и из группы по работе с письмами, заметьте, моими письмами. Ну, не хочу я её там видеть. Где она, там беда, вспомните Самедова… Надо воспользоваться сложившейся ситуацией, чтобы избавиться сразу и от неё тоже. И чтобы она никуда никогда больше не лезла. И в том случае, если гагаринские решат откупаться, а если перейдут под наш контроль, то тем более.
— Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, — задумчиво проговорил Бортко. — Всё это прекрасно, но с чего ты взял, что они сумеют найти добровольца, которого МВД сможет предъявить КПК?
— Вообще-то, это не наши проблемы. Единственное, что нужно им порекомендовать, чтобы они в тюрьму отправили того, кто весь этот план с Региной и придумал… Ни к чему нам на свободе член их группировки, что решил нагло перемирие с нами нарушить… А так… Получит человек срок, отсидит половину, выйдет по УДО. А как они его уговорят и чем соблазнят?.. Мы же не знаем, какие у них есть возможности. Может, они ему столько денег за это отвалят, что купит он себе домик в Сочи после отсидки и устроит себе отдых на пенсии раньше положенного срока лет на десять… А может, повышение предложат в их неформальной структуре. Это, кстати, в японской мафии активно практикуется. Шеф совершает преступление, рядовой член мафии берет все на себя. После отсидки возвращается, получает всеобщее уважение за стойкость и верность принципам, и начинает делать быструю карьеру.
Народ за столом начал активно переглядываться.
— А что, я, в принципе, согласен. Пусть проблемы гагаринских станут новыми возможностями для нас. И у нас же теперь и адвокат толковый есть, — вспомнил Мещеряков. — Можем предложить его гагаринским, когда время придёт. Заодно и будем через него отслеживать, чтобы тот, кто все на себя возьмет, соблюдал все договорённости.
— Подожди, Юрич, с адвокатом, — остановил его Бортко с озабоченным лицом.
— Меня тоже все устраивает. На переговоры Володина тогда я буду вызывать, — решил Захаров. — И чем быстрее, тем лучше. Дело на контроле на самом верху и долго раскачиваться УВД попросту никто не даст.
— Н-да… Дожили… Как они, вообще, до такого додумались? — проговорил потрясённо Сатчан. — Угрозами и шантажом склонять к сотрудничеству… О чём они только думали?
— Вот встретимся с Володиным и у него и спросим, — ответил ему Бортко.