— Ты же сам прекрасно понимаешь, что всё сделать идеально и в соответствии со всеми правилами, нормами и законами невозможно, — говорил он. — Жизнь гораздо сложнее любых правил и норм.
— Да уж… Намудрят иногда так, что и не выполнить все, — с досадой ответил Межуев.
— Понимаешь, Володь, одно дело, как в прошлый раз, когда пришли инициативные студенты, которые первый раз в жизни на реальное производство попали. Решили, что вот, они сейчас нарушения укажут в акте своего «Комсомольского прожектора» и всё сразу изменится в лучшую сторону. Таким наивным идеалистам и по рукам-то бить жалко…
— Так я и не бил никого, — тут же заметил Межуев. — Наоборот…
— Всё правильно, Володь! Но тут совсем другая ситуация. Тут же мне, практически, открытым текстом сказали, что или я работаю с ними, или у меня будет очень много проблем. Самое обидное, что им даже искать и придумывать ничего не надо будет! У требовательного руководителя всегда найдутся подчинённые, которые захотят создать ему проблем побольше.
— Что значит, ты работаешь с ними? — пристально взглянул на него Межуев. — Что они от тебя хотят?
— Я не стал уточнять, но догадываюсь, о чём идёт речь. Слышал от коллег о таких вещах, — приглушив голос, ответил Гайдуков, многозначительно взглянув на старого друга. — Если честно, мне даже разбираться не хочется, что именно они мне предлагают и на каких условиях. Меня сам факт возмутил, что они мне выбора, по сути, не оставили. Или я соглашаюсь и оказываюсь повязан и замазан по самую макушку, рискуя быть разоблачённым в любой момент правоохранительными органами. Или не соглашаюсь и сразу попадаю в какие-то неприятности, возможно, крупные, смотря что им удастся сфабриковать против меня.
— Чёрте что! — воскликнул Межуев и поднялся с лавки. — Как это возможно? Почему они уверены, что ты не обратишься к тем же правоохранительным органам?
— Да брось, Володь, — пошёл за ним следом Гайдуков. — Кто будет связываться со своим районным начальством ради директора средней руки фабрики? Поверь, никто не будет. Им проще меня закрыть по их указке, что они и сделают, не задумываясь.
— Чёрте что! — возмущённо повторил Межуев. — Совсем распоясались! Надо в УВД Москвы обратиться!
— Если успею. Из КПЗ это будет затруднительно… От меня ответ ждут, Володь. Я должен им что-то сказать…
— Не дрейфь! Мы войну прошли! Мы фрицев на штыки подымали! Что мы, кучку зажравшихся упырей к ответу не призовём?
— Не дрейфь… Это тебе не фрицы! — решил подлить масла в огонь Гайдуков, видя, что добился от Межуева нужной реакции. — Это ж свои, коммунисты… Волки в овечьей шкуре! Да кто мне поверит?