— Андрей Дмитриевич, с чего начнём? — спросил я. Но видя, что он не спешит ни с чего начинать, сам предложил тему. — Слышал, у вас с поставщиками сырья есть какие-то проблемы. Можно поподробнее?
— Они не просто поставщики сырья, — медленно ответил он. Мне показалось, он сомневается, можно ли со мной говорить откровенно. — Они используют мощности нашей фабрики в своих интересах.
— Так, — дошло до меня, что здесь уже работает какая-то схема. — И на каких условиях?
— Полторы тысячи рублей в месяц на всех, кто здесь задействован, — неохотно после некоторых раздумий ответил он.
— И сколько вас?
— Трое. Я, главбух и мой зам.
— По пятьсот рублей на нос? — прикинул я, совсем немного. — А о каких объёмах мы говорим?
— Процентов пятнадцать от официальной загрузки предприятия.
Это много… Смотрел на него и не мог понять, зачем ему всё это? Из-за пятисот рублей так подставляться?.. И он всё время отводил глаза… Что за чёрт, вообще⁈ Всё из него вытягивать надо… И что тут, на самом деле, происходит?
— Андрей Дмитриевич, а вы не устроите мне небольшую экскурсию по предприятию? — попросил я. Может, на месте что-то пойму?
Он повёл меня по цехам. Оборудование ухоженное, но не новое. Кое-где и совсем. А кожи отменные.
— Это ваше сырьё или давальческое? — спросил я.
Он залип на несколько мгновений, но потом сообразил:
— Конкретно это — давальческое.
— А как вы это поняли? — удивился я.
— А нам на фабрику лаковую кожу не поставляют, — ответил Филатов.
— Андрей Дмитриевич, а как вы тогда её приходуете?
— Это у главбуха надо спросить, — ответил он.
Мы прошлись ещё по фурнитурному цеху, где металлическими заклёпками пряжки фиксировали и устанавливали люверсы. Грохот, конечно там стоял, мама не горюй.
Попросил директора отвести меня на склад готовой продукции. Когда мы спускались из цеха по лестнице на первый этаж, прямо на нас вышла профорг предприятия, и остановилась перед нами, с наглым видом перегородив проход.
— Здравствуйте, — улыбнулся я ей.
— А вы как здесь оказались? — даже не поздоровавшись, спросила она.
— В гости вот зашёл узнать, как дела у ваших рабочих с милицией? — соврал я, чувствуя, как накаляется атмосфера вокруг.
— Дались вам эти пьяницы? — поджала она и без того тонкие губы и презрительно взглянув на нас с директором, как будто это мы пьяницы, пошла, наконец, своей дорогой.
— Ведьма, — прошипел еле слышно Филатов, когда мы спустились на первый этаж.
— Да уж… Есть маленько, — согласился так же тихо я. Обстановочка тут к дружбе и согласию совсем не располагает.
Посмотрел, как они маркируют свою продукцию и давальческую. Различий не обнаружил.