А ведь я об этом сразу думал! Ещё удивлялся, что архитекторы не спрашивают с нас этот момент. А вот, пожалуйста, всё и выплыло…
— Давайте-ка все на одну сторону стола сядем, чтобы нам с одной стороны на план смотреть, — предложил я, прислонил его к двум бутылкам, чтобы он стоял вертикально и взял в руки вилку. — Кто там был, давайте, вспомним… Вот здесь у нас курган, где мы будем строить свой музей. Вот там старинная церковь, тоже на кургане. То есть две высоких точки, хорошо видимых с реки, посреди обширной низины. А за ней высокое место, трасса на Ленинград и вдоль неё частные дома, — показал я. — Правильно? Я ещё когда там был, подумал, что нам всю низину надо отводить под себя, от частных огородов на склоне до самой реки.
— Ну, мы так и сделали, — ответил Бортко.
— Отлично! Смотрим дальше. Нам надо осваивать местность единым ансамблем с храмом. Люди будут и туда приезжать, и в наш музей. Там архитектура, у нас экспонаты. Акцент нужно сделать на набережной с пирсом. Хорошая, добротная бетонная набережная, а лучше мраморная. Во-первых, она будет защищать нас от половодий. Её надо строить с хорошим запасом по высоте и весь лишний грунт, который будет появляться при строительстве, тратить на подсыпку уровня вдоль реки. Чтобы наш комплекс не затапливало после особо снежных зим. И во-вторых, набережная будет центром притяжения туристов, лицом всего нашего комплекса, хорошо видимым с реки, а она судоходная. Про нас ещё куча народу дополнительно узнает… Короче, первая линия с воды это набережная, парк за ней, музей и храм. Вторая линия — это наша гостиница, ресторан, спортивный комплекс. И третья линия под склоном с частными огородами — это техническая линия. Очистные подальше, в самом углу, затем котельная и туалеты для туристов — вот здесь, у стоянки. К старому храму уже есть дорога от трассы, через неё мы и будем спускаться к себе вот, в этом месте. Тут же надо делать большую стоянку для туристических автобусов и частных машин тоже на третьей линии. Туалет для туристов надо делать большой многоместный, чтобы люди с дороги целым автобусом прямиком шли туда, а потом уже на осмотр достопримечательностей.
— Приличная территория получается, — внимательно глядя на план, произнёс Мещеряков. — Мы будем её огораживать?
— По-хорошему, надо, — ответил я. — Но надо посмотреть, как с местными отношения сложатся. Огородим сейчас, местные возмущаться начнут нашему собственническому поведению. Они испокон веков тут ходили и вдруг какой-то забор! А нам с местными ссориться нельзя. Наоборот, они должны наш комплекс как свой родной воспринимать. Работать к нам идти, экспонаты в наш музей нести. Рыбу с нашего пирса приходить ловить. Если поймут пользу и сами будут наш комплекс как родной воспринимать, то и огораживать не надо. А вот если вандализм начнется, тогда этот вопрос и поднимем. Но обижаться будет некому, все поймут, что сами виноваты.