Моя жизнь окончательно свернула куда-то не туда. Знаете, как выглядит безнадёжная паника? Я теперь знаю. А тем временем, бывшая жена Миши летела по ночной трассе подальше от нашего санатория. Наша «богиня» инвестиций Елена Викторовна, сейчас была в настоящем ужасе.
Адреналин падал. Тот самый, который толкал её на подвиги, стремительно уходил. И к нашей «бизнесвумен» пришло ледяное, как карельская зима, осознание. Она ведь угнала экскаватор. Снесла ворота санатория Северные Зори. Чуть не убила человека и наняла настоящих бандитов.
В её красивой голове крутились самые смешные и жалкие мысли. Лена живо представляла себя в обшарпанной камере СИЗО. А на соседней шконке сидит потный, вечно ноющий Эдуард Вениаминович Клюев и просит у неё влажную салфетку. Женщины и мужчины отбывают срок в разных учреждениях, но она была уверена, что если Миша подсуетится, то её, без затей, засунут к Клюеву. Надо же, и откуда у этого «академика» столько прыти? Но это был скорее риторический вопрос, на деле, ей даже в голову не приходило, что она может познакомится и с такой стороной своего бывшего мужа.
«Господи, Миша же меня живьём сожрёт за этот цирк. А его дружок Волков ещё и крупной морской солью посыплет. И даже не розмариновой!»
От таких перспектив у Лены случился приступ географического кретинизма. В панике она перепутала повороты. Вместо спасительной федеральной трассы она свернула на заснеженную лесовозную дорогу. И конечно же, намертво посадила свой премиальный джип на брюхо. Ровно в той самой колее, где буквально на днях застряли отбитые бандиты Владимира.
Вот так корпоративная акула, привыкшая жрать конкурентов на завтрак, осталась один на один с суровой карельской ночью, сугробами по пояс и полным отсутствием связи.
А я в это время тряслась в прицепе. Моё похищение было самым нелепым событием в жизни. Поначалу я была в сильном шоке. Ну согласитесь, когда вас среди ночи запихивают в прицеп и увозят в лес, тут совсем не до смеха. Но мороз быстро приводит в чувства. Страх как-то отступил, уступив место профессиональному раздражению.
Я сидела на какой-то соломе, кутаясь в тонкую рабочую куртку Михаила, которая совершенно не грела в минус двадцать. Впереди рычал снегоход. За рулём сидел Финн. Местный бандит, которого наняла Лена. И он вёл эту тарантайку так, будто мы дрова везём, а не человека.
Я поправила куртку и откашлялась. Воняло невыносимо.
— Костя!
Я крикнула это сквозь оглушительный шум мотора. Он даже не обернулся.