И вот как ее такую красивую, но живущую не логикой, а чувствами, образумить? Разве что гаркнуть по-мужски, но с внешностью Криса выйдет скорее смешно, чем грозно.
— Хорошо, Елена, ты права, я расстаюсь с этой девушкой! — сказал ей. — Если женщина не способна позаботиться о моём здоровье, зачем вообще встречаться? Эх… — тяжело вздохнул.
— Погоди! Тобалито, не смей ее бросать, иначе я себя не прощу! Глупышку надо просто поучить, как готовить! Приведи ко мне и Елена позаботится. Компренде? Как ее у тебя хоть зовут?
Вот никогда откровенная ложь до добра не доводит. Только-только понадеялся, что попался удобный повод избавиться от выдуманной подружки…
— Линда, — выбрал меньшее из зол. Не Марию-Валентину ведь называть. Мог бы и совсем левое имя выдумать, но забивать оперативку лишними сущностями не стал.
— А какая она! Расскажи!
— Она стройная, ей восемнадцать и она плохо готовит. Елена, оставим мою подружку в покое. Скажи лучше, где Гектор. Я волнуюсь.
— Он что, тебя не предупредил? — удивилась красавица. — Он же уехал на несколько дней по делам. Сам понимаешь каким, большой уже. Ой… прости, Кристобаль, он просил меня тебе передать. Гектор вернется во вторник.
И грустно-грустно захлопала большущими глазами с длиннющими ресницами. Вот как на нее сердиться? Очень даже как! Но затевать склоку — не по-мужски.
— Давай ты оставишь Линду в покое, а я забуду про твою ошибку, Елена, — предложил ей мир.
— Симон! — печально согласилась красавица. — Иди в дом, я приготовила тебе тако, чтобы не голодал.
Я чуть слюной не захлебнулся, когда услышал. Стряпня Елены, общение с Кимом, Дюке и перспективы разбогатеть — вот самые светлые и приятные моменты в моей новой жизни.
Живя в России, тако я так и не попробовал, хотя какой только иностранной еды в последние годы не появилось, включая варианты с доставкой на дом. Но вот как-то так и не собрался заказать. Шаурма, на питерском шаверма, привлекала обычно сильней, когда сам готовить ленился.
Тако — это такая круглая лепешка с начинкой, свернутая пополам. Вкусно! О пресвятой Ктулху, быть может, дело в унаследованных от Криса вкусовых рецепторах, привыкших к латиноамериканской еде, но какое наслаждение эти их тако. Елена, ты воистину святая, прощаю тебе все волнения по поводу без вести пропавшего Гектора!
— Гав! Гав! Гав! — с улицы в трейлер ворвался и счастливо скалящийся Дюке. У него в миске тоже полная банка собачьих консервов вывалена. И его благодетельница покормила. А вот отпускать питбуля на самовыгул — натуральное безумие. Пусть мне известно, что пёс добрейшей души существо, но что, если на него наткнется какой-нибудь реднек с дробовиком?