Нож привычно лёг в мою руку и затанцевал на доске, пока я прислушивалась к разговору на кухне. Парни привыкли к моим навыкам, да и сами подтянули свои умения, но то и дело посматривали на меня, – не покажу ли я, что-то новенькое?!
Рутинные действия были мне до боли приятны, они дарили уверенность, радовали стабильностью. В эти мгновения я выкидывала из головы страхи и о внезапно нагрянувшем неуравновешенном муже, и о свалившемся на мою голову упёртом проводнике.
Запах свежих багетов, что Морти вытаскивал из печей, искушающе манил, заставляя отложить ножи и сварить кофе. Это была не только моя идея, а потому через десять минут мы пили крепкий горьковатый напиток, наслаждаясь свежим хлебом с таящим на нём сладко-сливочным маслом. Никакого молока или сахара, чтобы насладиться чистым вкусом и взбодриться.
А дальше уже без остановки на кухне кипела жизнь.
Как бы судьба ни кружила меня в своих поворотах, я точно помнила прописную истину: нужно оставаться человеком. И чем выше взлетаешь, тем непоколебимее должно быть это правило.
Этот мир для кого-то мог казаться сказкой, где оживает блеск прошлого и волшебство легенд. Драконы, гоблины, эльфы прохаживались по местным улочкам под руку с утончёнными леди, в искусных шелках и с бриллиантами на шее. Маги запросто использовали магию, а кто не имел в своих жилах той силы, с лёгкостью прибегал к артефактам. Казалось бы, жизнь здесь должна быть лучше, чем в моём родном мире, но у каждой медали две стороны… И обратная сторона этого мира – нищета и грязь трущоб, отсутствие прав у женщин, антисанитария и высокая смертность, ведь магия стоит дорого… А кому в этих условиях нужно развитие медицины, образования, прогресса?
Я не была идеалисткой и понимала, что проблемы будут везде, но и оставаться в стороне не желала. Ведь если каждый будет делать то, что может, что в его силах, то и мир станет чуточку лучше. Я не уповала ни на королей, ни на богачей, ни на богов. Моя судьба в моих руках! Я – её творец! Потому, видя, как бегают беспризорные мальчишки, наблюдая, как просят милостыню или воруют еду на рынках, я не смогла остаться безучастной.
Раз в неделю мой ресторан открывался для клиентов только к ужину, хотя повара работали с самого утра. И всё для того, чтобы приготовить горячее и отвезти в бедные кварталы.
На неделе же, в утренние часы, мы с запасом выпекали хлеб. Мальчишки-беспризорники могли забежать к нам и взять свежий багет.
– Ты думаешь, кому это предлагаешь?! – возмущённый крик Арно выдернул меня из философских размышлений.
– Вы всё равно сейчас готовите для оборванцев!