Шагнув в чёрный провал, я не заметил перехода. Просто вошёл с улицы, и оказался в подземной пещере. По бокам от меня тут же вспыхнули вставленные в стены магические светильники. Я ощущал их ману, но, как и в случае с демонической, не мог с ней работать.
Зато получилось разглядеть, что стены, потолок и пол обработаны вручную. На всех поверхностях имелись свои украшения, то рисунки цветов, то картины героической истории.
Оглянувшись назад, я убедился, что выход открыт — портал работал, как надо. Так что, шагнув в него, я вновь оказался у подножия шпиля. Проверив, что вернуться назад мне ничего не мешает, я прошёл обратно в коридор и двинулся по нему.
Не был я любителем приключений Индианы Джонса, но сейчас почувствовал себя именно им. Несколько плит на полу запускали механические ловушки, которые теперь были разряжены. В одном месте на стене открывалась ниша, внутри которой спрятался артефакт, выдыхающий облако кислоты. Тоже разряженный — очевидно, демоны прошли здесь до меня, и, естественно, не стали пытаться восстановить ловушку, а двинулись дальше.
Узоры на поверхностях постепенно утрачивали свои мирные изображения. С каждым пройденным метром на них всё больше было отведено места кровавым баталиям. Время не пощадило рисунки, и оставалось лишь догадываться, как выглядели хозяева этого коридора. А вот игроков на паре картин различить всё же удалось — они просто чуть лучше сохранились.
Судя по рассказанной на стенах и потолке истории, местные обитатели не один раз с эльфами рубились. Чем дальше я ступал, тем новее были изображения, и всё больше деталей на них оставалось не тронутым временем. Разобрать детали всё ещё не удавалось, однако было совершенно ясно, что успело смениться не одно поколение художников — менялась традиция рисунка, краски и стилистика.
Коридор резко оборвался стальными двойными дверьми. На одной половине был нарисован воин в уже знакомой мне броне. Вот только этот был совершенно целым, и теперь я видел перед собой рыцаря с длинными белыми волосами, свободно падающими на плечи. Серая кожа бойца казалась живой, а взгляд будто бы смотрел чётко на меня. Он держал щит у своих ног, а за ним торчала рукоять меча.
На второй половине изображалась такая же беловолосая девушка в платье. Свободная одежда цвета травы подчёркивала фигуру, но никакой фривольности — только естественная гармоничная красота. Красивое и вместе с тем не такое холёное, как у эльфиек лицо улыбалось со створки, как будто девушка была рада встрече.
Осмотрев помещение, я не нашёл ничего интересного. Так что подошёл к дверям и легонько толкнул створки. Металл наощупь оказался тёплым, в нём ещё сохранялась всё та же незнакомая мана, но её уже оставались самые крохи. Видимо, скоро и здесь начнётся такой же упадок, как на поверхности.