Пришлось погасить огонь и тщательно вслушиваться, чтобы обнаружить невидимок. Они явно решили оббежать вулкан по кругу, чтобы зайти в жерло ко мне со спины. Жажда крови, которую мы с Сафэлией чувствовали, когда поднимались на вершину, явно толкала убийц на безумство.
А потому я ничуть не удивился, когда пространство в трёх метрах от края жерла вспыхнуло золотыми искрами — аура огненной стихии, исходящая от медитирующей Сафэлии попросту сожгла убийцу, решившего подкрасться.
Новая серия выстрелов хлопнула в воздухе. Восемь наверняка отравленных болтов свистнули, устремляясь к цели. Я не мог поймать их все — они слишком по широкой дуге летели. Зато я мог отбить их у медитирующей Эльмиоры.
Скачок, усиленный магией, превратил окружающий мир в расплывчатый тоннель. Мои ноги коснулись раскалённого камня, я почувствовал, как обжигает подошвы. А все восемь снарядов вошли в мой нагрудник, прошив его, словно он из бумаги.
— Вали его! — услышал я громкий приказ.
Времени оставалось совсем немного. Боль в груди, конечно, мешала трезво мыслить, да и огненная стихия, давящая на мозги, с получением ран кратно возросла. Я ощутил, как бешенство переполняет меня. Оно распирало вены, раскаляло ядро. Требовало…
Сжечь. Их. Всех.
Воздух плавился вокруг. Так что заметить на фоне постоянно движущегося пространства восемь неподвижных или слишком медленных точек, было несложно. Мой взор застилало кровавой пеленой, а врагов я видел, словно белые пятна.
Закрутив глефу, я подхватил ауру Места Силы, превращая каждый взмах оружия в направление для огненной стихии.
Сжечь. Их. Всех.
Казалось, само пространство пришло в движение, устремляясь за движениями моей глефы. Я помнил, как однажды перехватил чужое заклинание. Но тот я, которым я тогда был, в подмётки не годился тому мне, что сейчас стоял в центре рвущейся в мир стихии.
Я — остриё огня. Я — вулкан.
И каким-то эльфам не сдержать моего гнева. Не вынести.
— Р-р-ра! — выдохнул я, сделав последний взмах.
Вся накопленная Эльмиорой аура огненной стихии, превращённая в ураган пламени, ринулась на кромку вулкана. Восемь фигурок эльфов вспыхнули золотыми искрами, и пропали.
Как пропал и жар Места Силы.
Я воткнул лезвие глефы в землю под ногами и, держась за древко обеими руками, упал на колени. Ни стоять, ни двигаться, сил больше не было. Боль от чудовищных ожогов, оставленных аурой стихии, стучалась на границе сознания, но я не обращал на неё внимания.
Сосредоточившись на дыхании, я пытался удержать расплывающееся сознание на месте. Вымыть кровавую жажду из сознания, вернуть трезвость рассудка.