— Ага, спасибо, — кивнул я, и не обращая больше на него внимания, решительно потянул свою спутницу за собой.
— Пока, ребята, — дружелюбно улыбаясь, помахала им Софи.
Вот чем больше с ней общаюсь, тем сильнее чувство, что она прекрасная актриса. И в этом контексте та готовность отдать жизнь, когда она помогла убить Алдариэля, кажется не таким уж и искренним. Впрочем, на себя она тратила только свою долю добычи, и только тогда, когда ей действительно что-то требовалось в качестве человека, так что я не особо переживал по этому поводу. Ушастая полезна, но это не значит, что она рано или поздно не свернет в другую дверь.
Нужный шатер имел четыре выхода по сторонам света, и каждый из них сторожила пара уже знакомых краснокожих бойцов. На мельтешащих вокруг людей они внимания не обращали, неподвижно застыв, как статуи. В руках у каждого было по здоровенной алебарде, которой наверняка сподручно рубить сразу несколько противников. Представить, что такие монстры сотворят с взбунтовавшимся землянами, было несложно. Лезвия хватило бы, чтобы перерубить сразу двух человек.
К каждому входу тянулась длинная очередь из людей. От их одинаковых роб и штанов казалось, что передо мной не человеческая масса медленно движется, а каких-то клонов в переработку отправляют.
Моей слух резанул резкий крик, и я даже не сразу понял, что именно слышу. Дети… Здесь были дети.
Стиснув зубы, я мазнул взглядом по загону, построенному из каких-то грязных досок. Внутри этой рукотворной площадки сидели и играли на зеленой траве дети разных возрастов. Мальчишки и девчонки вперемешку носились и прыгали на сооруженных из палок горках и снарядах. Несколько женщин следили за порядком, останавливая конфликты и уговаривая плачущих.
Чертова система. Чертова игра. Чертовы эльфы.
Зарядившись злостью, я двинулся к ближайшему входу в шатер. Охрана никак не отреагировала, да и люди в очереди не сильно расстроились, когда я ринулся в ярко-освещенную палатку, таща на буксире Софи.
Здесь уже была не какая-то жалкая лампа, а несколько магических светильников, расставленных по краям шатра. У каждого входа в шатер стоял стол, на котором лежали пустые листы бумаги и кисти. Здесь роль регистраторов уже была отдана не ламиям, а разным представителям неписей.
— Следующий, — произнес хрупкий на вид мужчина в черно-золотой хламиде.
Стоило мне подойти, как стало ясно, что он не просто так производит подобное впечатление. С человеком его родство угадывалось только издалека, вблизи же оказалось, что передо мной какой-то жук, сложивший крылья и части хитинового панциря так, чтобы производить наименее отвращающее впечатление.