Обычное дело — извечное соревнование брони и снарядов, в неё прилетающих, а в переводе на наш магический язык — противостояние защитных заклинаний против атакующих.
Хех, уже на следующий день, покопавшись в памяти, я выяснил, что это тело принадлежит барону Владимиру Васильевичу Энгельгардту. Да, с Шуваловыми нехорошо вышло, примерно так же, как и с оплаченными ими киллерами — на поединке, «до первой крови», один из многочисленных отпрысков побочной ветви некогда славного рода Шуваловых применил запрещённый артефакт, и нарвался всё на тот же Отражающий Щит — магическую коронку этого парня, который он научился ставить за полсекунды. И пусть Игорёк Шувалов был седьмая вода на киселе, третий сын в побочном Роде, но ответка от Шуваловых Энгельгардту прилетела. Сразу же после выпуска из училища.
Итак, что мы имеем?
Российская Империя. Губернский город Тамбов, в госпитале которого я нахожусь. Одна тысяча восемьсот семьдесят пятый год по местному летоисчислению.
Условия для старта весьма спорны.
Родовое имение Энгельгардтов в Климово изрядно разорено, и сейчас там распоряжается далёкий родственник, имеющий чин статского советника.
Обо мне он не забыл. Именно Платон Вадимович отправил меня в военное училище, но при этом не забывал ежемесячно высылать по шестьдесят рублей на карманные расходы. Странная позиция, но с этим я позже буду разбираться.
Родители парня, в чьё тело я попал, умерли от холеры.
Из родственников, кто хоть как-то поддерживает отношения и пишет письма — опальный профессор Энгельгардт Александр Николаевич, сосланный под Батищево, что в Смоленской губернии, и его жена — писательница, переводчица и составительница Полного немецко-русского словаря.
Кто они такие и как мне отнестись к этой информации — пока непонятно. Но отчего-то возникает предположение, что помощи от них ждать не стоит.
Среди непонятного — нынешняя позиция Клана Шуваловых. Надеюсь, они вдоволь натешились и забудут обо мне, а если нет — то повоюем. Дайте только совсем немного времени на подготовку.
Враги меня никогда не пугали — была бы магия, а уж я найду способ, как стать сильным и непредсказуемо опасным!
Опять же — план моего предшественника — съездить в родовое имение и разобраться, что же там случилось и на что он может надеяться, уже не выходит по срокам. Я почти две недели провалялся в больнице, никуда не торопясь и приноравливаясь к новому миру, практически исчерпав половину того срока, который был положен выпускникам училища на поездку к родным. Как я понимаю, теперь пора выдвигаться согласно полученному предписанию, если я не хочу привлечь к себе нежелательное внимание и начать службу с вопиющих нарушений.