Я отрываюсь от её губ на невыносимую секунду.
— Подожди, — я поднимаю её, как невесту, и несу наверх, в свою спальню, где дверь приоткрыта. Я открываю её ногой, вношу её в комнату и кладу на кровать. Вид её лежащей там, с волосами, разбросанными по простыне, словно золотая нить – это… идеально. Мне кажется правильным принести её в свою постель, её голубые глаза потемнели и затуманились от желания. Её губы ярко-красные и влажные от поцелуя, а желание ощутить её рот на моём члене затуманивает мой взгляд.
Она смотрит на меня и облизывает губы. Господи . Я кладу руки по обе стороны её головы и снова целую, заставляя себя быть нежным и неторопливым. Она обхватывает меня за талию и притягивает ближе, нежно посасывая мой язык.
Сохраняя контроль, я просовываю руку ей под рубашку. Она тянется с другой стороны и расстёгивает бюстгальтер.
Я горячо, безмолвно благодарю того, кто придумал застёжку спереди, обхватывая её грудь, чувствуя мягкую, тёплую тяжесть голой ладонью и потирая большим пальцем тупой, твёрдый кончик.
Я поднимаю её рубашку и беру в рот её сосок. Она хватает меня за волосы, пока я сосу его, кончик языка скользит по твёрдому маленькому бугорку.
— Эмметт, Эмметт…
Её неосознанное пение – афродизиак. Я осыпаю другой сосок таким же вниманием, и она вскрикивает, её бёдра дёргаются. Кровь шумит в голове. Я стягиваю рубашку через голову и отбрасываю её. Я покрываю её шею поцелуями и слышу, как её дыхание прерывается, когда прижимаюсь губами к коже за ушами. Поцелуй губами и языком, оказавшийся точно посередине между ключицами, заставляет её дрожать. Лаская её грудь и осыпая поцелуями живот, я заставляю себя жадно глотнуть воздуха, что разрушает и без того изношенные поводья моего самообладания.
Она невероятно отзывчива, всё её тело открыто чувственным мукам. Но она реагирует неуверенно каждый раз, когда я исследую новую часть её прекрасного тела, словно не уверена в моих прикосновениях. Это преступление, что никто не любил её по-настоящему, не показал ей, как можно использовать всё её тело, чтобы доставить ей удовольствие.
«Их потеря — это моё приобретение», — думаю я с жестоким удовлетворением, стягивая с неё брюки и нижнее бельё, оставляя поцелуи по всей дорожке. Она потеряла свои шлёпанцы где-то между прихожей и спальней. Я прижимаю большой палец к своду её стопы. Она стонет от блаженства. Улыбаясь, я прикусываю кожу на её лодыжке, а затем провожу ртом по икрам и целую кожу под коленями. Это заставляет её извиваться, мышцы ягодиц напрягаются, когда она нетерпеливо поднимает бёдра. Я смачиваю это место, просто для уверенности, и её пальцы впиваются в простыни.