— Извините, но я противник портить вкус вина какими-либо закусками, — Анна вышла из второй комнаты, которая была за спиной Сергея, заставив его обернуться.
Увидев ее Сергей был поражен способностью женщин преображаться. Всего несколько минут назад это была учительница литературы, отдыхающая в свой выходной на скамейке в городском парке с томиком любимых стихов. И вот на пороге зала стоит восхитительная красавица, собравшаяся на светский раут в министерство иностранных дел, но решившая остаться дома, чтобы снизойти к посетившему ее гостю.
Сергей замер, не зная, что можно и нужно говорить в такой ситуации. Анна была восхитительна. Черное атласное платье, оголяющее ее плечи, переливалось в лучах трех настенных бра, установленных над спинкой дивана. Светло-каштановые волосы волнами спадали на приоткрытые плечи.
Глубокое декольте, будоража воображение, едва приоткрывало груди женщины, заставляя фантазировать о том, что скрывается под тонкой материей. Сергей был совершенно уверен, что под платьем больше ничего нет, а его организм настойчиво требовал в этом как можно быстрее убедиться.
— Осматриваетесь? А я думала, что вы уже открыли вино, — Анна направилась к столику, а ее платье преподнесло еще один сюрприз, показав в разрезе юбки стройную ногу в черных туфлях на очень высоком тонком каблуке.
Женщина села в кресло и с улыбкой посмотрела на гостя.
Найдя глазами штопор, Сергей бросился исправляться. Пробка легко поддалась, хлопком взбодрив полную тишину в комнате.
Сразу же наполнив бокалы, Сергей поднял свой.
— Присаживайтесь на диван, Сережа. Там вам будет удобно.
Она подняла за ножку свой бокал, удерживая тремя пальцами, ногти которых были с белым маникюром, своим блеском сочетаясь с браслетом и серьгами.
— За что будем пить, Сережа? — Анна держала бокал на уровне глаз.
Сергей не мог оторвать свой взгляд. На женщине сияло все. И глаза, лукаво-манящие, и вино, играя желтыми лучиками, вброшенными в него светом бра, и лак ногтей с камешками браслета, бросали свои «зайчики».
— Давайте, за встречу?
— Хорошо, — она едва толкнула своим бокалом его бокал, а комната наполнилась мелодичным звоном стекла.
— Вас сильно донимали во дворе мои суетящиеся соседи?
— А кому понравится, что в тихом доселе дворике будет проходной двор для массы народа?
— Так все-таки с чем связан весь этот ажиотаж? Версий много, но все они либо выдумка глупцов из числа жителей, либо сказки от не менее глупых чиновников. Вы ведь если не все знаете об этой ситуации, то гораздо больше, чем кто-либо из моих знакомых.