Потому что вся моя жизнь состояла из того, что я заботилась и любила кого-то! Я не умею иначе!
– Какое задание? – осторожно уточняю.
– Вы собираете вещи и едете в Москву.
– Что? – опешиваю я.
– Я сейчас куплю электронный билет на поезд, вы выезжаете завтра утром.
– Подождите, как же…
– Вам нужна эта поездка не меньше, чем вашему сыну. Не отказывайтесь.
И с этим очень сложно спорить.
Да и для чего мне тут оставаться? Ждать с нетерпением возвращения Виктора и его стажерки, смотреть в их бесстыжие глаза, в которых нет ни грамма угрызения совести?
Чахнуть тут, сожалея о прожитых вместе годах? Для чего мне здесь быть?
Я уже готова сжечь все мосты, что остались позади. Рука со спичкой уже занесена. Быть может, пришло время что-то кардинально поменять в своей жизни и сделать это неведомой вероломным Виктором, а приняв собственное решение.
Для сына.
Для себя.
– Хорошо.
За окном поезда несутся леса и поля, реки и невысокие домики. Через пару часов я буду в Москве, и мое сердце болезненно трепещет перед неизвестностью.
Но с другой стороны оно наполняется вдохновением начать что-то с нуля. Другой город, другая жизнь, другая я.
Оставлю за плечами все и всех, кто пытался меня уничтожить.
Но я не кидаюсь в крайности, бросив все, лишь бы сбежать.
За вчерашний вечер я сделала много, чтобы мой отъезд не был просто бегством. Я съездила к юристам и написала доверенности на ведение дел по разводу, приеду только на суд, если в этом будет необходимость.
Навестила маму и все честно ей рассказала, объяснила, что сейчас мне нужно поступить именно так, и я ее не брошу. Она не одинока, даже не смотря на то, что папа уже не с нами. У нее останутся ее сестры, с которыми они очень близки, и они позаботятся о маме.
Я буду ей звонить и обязательно навещать, когда разберусь с самыми неотложными делами.
На работе я беру отпуск по семейным обстоятельствам и благодаря понимающей начальнице, он даже оплачиваемый.
И это все дает мне право не потерять человеческое лицо. Мне плевать, что будет с Виктором. Пусть развлекается, сколько ему влезет.
С юристами я договорилась, что мы будем требовать максимум доступного имущества при разводе. Я хочу справедливости за все годы нашего брака.
В обед я уже в столице, солнце выходит из-за туч и освещает вокзальную площадь, я ищу глазами сына, потому что уверена, Ярослав нашел его и сообщил, что я приеду. Но все равно меня терзают угрызения совести перед сыном.
Что ему пришлось все это пережить.
Должно быть, я страдаю за нас двоих.
Еще несколько шагов и я вижу Максима, он стоит возле здания и ищет меня глазами, как и я его. Растрепанный, в расстегнутой куртке и футболке, потерянный, но решительный одновременно.