Вообще всегда лучше держаться подальше от любых триггеров.
Лично мне раньше казалось, что у меня таковых нет.
Я жила свою счастливую жизнь, жила бы, наверное, и дальше, если бы не визит Викуси в мою клинику. Кто знает?
Жила бы, до момента пока супруг не поставил меня перед фактом развода.
Смотрю в иллюминатор.
Как же это красиво! Лазурный океан, острова, как жемчужины, окружённые бирюзой.
Вздыхаю, и тут же слышу томный шепот Демида, склонившего голову ко мне.
— Прилетим сюда еще раз, когда всё устаканится?
Поднимаю голову, смотрю в его глаза усмехаясь.
Наивный. Он верит в то, что когда-нибудь наступит время, когда всё устаканится?
Я молчу, но он как будто считывает мои мысли.
— Да, Янина, да. Просто поверь. Очень скоро всё будет хорошо.
Я бы поверила. Если бы всё было так просто.
А может… может реально всё просто?
Просто.
К чему сложности?
Взять, и прилететь сюда с ним. После развода. А может и до.
Мне ведь не нужно больше поддерживать реноме счастливого семейства Яхонтовых?
— Еще шампанского? — он берёт бутылку из ведёрка со льдом, принесённого стюардессой.
— Да.
— А дочери твоей, я так понимаю, уже можно? Она же совершеннолетняя?
Ядвига сидит на противоположной стороне, в наушниках, смотрит какой-то фильм, ну или делает вид.
Нас демонстративно игнорирует.
— Предложи, девочке будет приятно, — говорю, глядя Демиду в глаза.
— У меня дочь Лиза, такого же возраста. Напоминаю. — усмехается он мрачновато.
— Я помню. Если что, у меня муж завёл роман с женой сына, которая младше его на двадцать шесть лет, так что меня теперь трудно удивить.
— Я всё так постараюсь. — широко раздвигает губы, ослепляя меня своей голливудской улыбкой. — удивить.
Подмигивает. Наливает шампанское в бокал, перекладывает на маленькую тарелочку клубнику, нарезанное манго, ананас и шоколад, встаёт.
Вижу, как дочь немного краснеет, вынимает наушники, они о чём-то говорят, чокаются. Прелесть какая. Если сейчас он начнёт её клубникой кормить я его убью.
Разумеется, он этого не делает. Ростовский — не самоубийца.
Вообще, если уж быть предельно честной с самой собой — ну, почти, предельно —Демид почти идеальный мужик.
Да, именно так, почти и почти.
Почти предельно честной, потому что у меня сейчас ощущение, что больше всего мы врём сами себе. Не нам кто-то врёт. Мы сами себя постоянно обманываем. И в мелочах и по-крупному.
Обманываем, общаясь с неприятными нам людьми, делая им комплименты, улыбаясь. Обманываем, говоря про погоду, жалуясь на жару, когда все вокруг жалуются, а нам стыдно пойти против всех. Обманываем, когда сплетничаем о ком-то, не любим сплетни, но поговорить-то о чём-то надо.