— Здравствуйте. Меня зовут Леона. И я дочь вашего мужа. Приятно наконец познакомиться, — беззастенчиво выдает девушка, протискиваясь в прихожую.
Потрясенно моргаю, но видение никуда не исчезает.
В голове роятся самые абсурдные предположения. А тело уже на автомате преграждает гостье дорогу.
— Простите? – с трудом выдавливаю из себя. На большее меня пока не хватает.
Когда открывала дверь, ожидала услышать что-угодно, только не это.
— Дочь. Льва. Романовича, — с расстановкой повторяет она для меня, как для глухой или недалекой. — Вы же Есения Даниловна, верно?
Медленно киваю, не спуская глаз с непрошеной гостьи.
Она с напускным дружелюбием улыбается. И ждет, чтобы я переварила информацию.
Я бы, наверное, меньший шок испытала, представься девушка любовницей Льва.
Такие налёты на нашу семью уже случались. Лев занимает высокое положение, возглавляет процветающую корпорацию и воротит большими деньгами. Таких людей часто пытаются подставить, откусить кусок капитала за счет шантажа или еще чего-то гнусного…
Но дочь??
Сердце леденеет, забывая про следующий удар.
Хотя я, конечно, уверена, что это очередная подстава или дурацкий розыгрыш. Лев не мог изменить мне!
А тем более лет… сколько ей? На вид восемнадцать-девятнадцать…
Нет, он бы не стал столько лет скрывать от меня ребенка!
Наверное, у меня на лице всё отпечаталось. Поскольку девушка приходит в движение.
— Вы не ослышались. Хватит уже сверлить во мне дыру, — ядовито улыбается она, предпринимая еще одну бестактную попытку войти в квартиру. – Я дочь папы. То есть вашего мужа. Льва. Теперь можно зайти? – насмешливо вздергивает она бровь.
И меня льдом сковывает от этого чересчур знакомого выражения на ее симпатичном личике.
Она сейчас действительно очень похожа на Леву. Он тоже так делает, когда дает время на осознание.
— Если продолжим говорить тут, нас соседи услышат, — не добившись от меня приглашения, угрожает девица. — Я могу быть очень громкой. А вы же вроде… как это называется? Публичные, — кривит она губы.
Тонкие, аккуратные. Такие прежде называли аристократическими. Еще до моды на надувные мармеладки у входа в рот.
Только сейчас нахожу в себе храбрость рассмотреть девушку. Разобрать детально ее внешность на предмет схожести с предполагаемым отцом.
И, увы, прихожу к выводу, что совпадения есть. Один этот презрительный взгляд чего стоит! Под бровями вразлет.
— Насмотрелись? И как? Похожа? – безошибочно считав то, что творится у меня внутри, усмехается та, что назвалась Леоной.