Чувствую, как кровь отливает от лица.
Прикусываю губу.
Ах, ты, думаю, сволочь! Звонит поглумиться?
– Ты себя, Тань, не вини, – продолжает как ни в чем ни бывало Андрей. – Я ведь тоже виноват…
– Решил поиграть в благородство? – дрожащим голосом интересуюсь я.
Знает ведь, гад, что я всегда хотела быть хорошей мамой. И старалась ради этого изо всех сил.
Специально сейчас на больное давит!
– Ни во что я не решил играть, – и я почти воочию вижу, как он устало морщится. – Это с тобой что-то не так – воспринимаешь все сразу в штыки…
– Ну, может быть, это потому что у меня учителя хорошие были? Которые научили меня, что доверяя можно больно-пребольно обжечься.
Андрей вздыхает.
– Хотел с тобой нормально поговорить…
– А разве мы не нормально поговорили? – едко усмехаюсь я. – Ладно, Воронцов, будет что-то действительно важное – звони, а сейчас извини – у меня встреча.
Он тут же вскидывается:
– С кем?
Ревнует что ли? Да ну, глупости какие… но я решаю все же, на всякий случай, подлить немного маслица.
– С одним мужчиной, но это не твое дело. Пока, – и бросаю тут же трубку.
Даже мысли о его скрюченном от ревности и злости лице, не доставляют достаточного удовольствия чтобы перекрыть горькие мысли о Лене.
Только то, что я уже подъезжаю к ресторану, спасает меня от самоедства.
В не самом своем радужном настроении я паркуюсь и иду на деловую встречу с Николаем…
Андрей
Разговор с Татьяной оставляет не самое приятное послевкусие.
Да что уж жеманничать перед самим собой – она меня изрядно запарила уже своими придирками и колкостями.
Я, вообще-то, тут из кожи вон лезу, чтобы ей помочь.
А у меня и своих дел по горло.
Бизнес, блин, стоит пока приходится бегать и бабскими делами заниматься.
И почему от них вечно столько проблем?
Даже дочь – исполняет такое, что только впору за голову хвататься.
Не, Таня, конечно, молодец – в ней крепкий бизнесмен пропадает. Здорово это она с больной головы на здоровую переваливает.
Всем же понятно, что мать больше воспитывает дочь, а отец – сына.
Разговоры всякие там: между отцом и сыном, матерью и дочерью. Как иначе опыт должен передаваться?
Сева что-то не сбегает ко взрослым мужикам жить!
Я целый день не могу сосредоточиться на делах. Все думаю, что теперь делать с Леной, Лизой и своей жизнью.
Что, нам теперь втроем жить в однушке?
Да я с ума сойду скорее.
Первым делом надо снять хату побольше. Да и вообще отправить надо Лену домой к Тане и все тут.
Очень вовремя мне прилетает сообщение от Лизы:
«Дорогой…»
О, как, вспомнила, что я дорогой. Это хорошо, это радует…