Вселенная, за что? Поднимаю голову к потолку, глаза прикрываю.
Вроде меня не тошнит. Рыбу ела с большим удовольствием, и ничего.
Разве б я после трех беременностей не поняла, что снова залетела?
Да и когда? Мой благоверный, видать, тогда уже к Настеньке бегал, так что у нас в постели был мертвый штиль. Я сама в последнее время уставала, а Кирилл всё жаловался на нагрузку. Ясно теперь, кого он на себя грузил!
А вот теперь… тошнит? Тошнит, да, только не от беременности, от мужа и от его подлости тошнит!
А беременность… А если не она, то что?
Так, отставить панику, надо думать разумно, как пристало сорокалетней женщине…. Ладно, сорокадвухлетней, я еще не привыкла на самом деле за два года. Всё считаю, что мне сорокет… эх…
Нет, ну на самом деле как обидно, а?
Ты вместе с ним взрослеешь, терпишь все невзгоды, всё пополам, и горести, и радости, и закрываешь глаза на какие-то недостатки, и сама меняешься, подстраиваешься. Где-то промолчишь, где-то больше на себя возьмешь, чтобы жизнь облегчить второй половинке.
В итоге кажется, что все невзгоды, ссоры, проблемы — позади.
Осталось только квартиру получить, жить и радоваться.
Новый этап, дети здоровые, и вы еще в самом соку…
Ан нет! Муж решил иначе! Муж решил списать в утиль!
Еще и выгнать…
Снова злость берет, и даже потенциальная беременность не так занимает голову. Схожу в аптеку, куплю тест, сделаю — и там уже буду решать, как быть дальше.
А сейчас мне главное — продержаться с достоинством тут, где меня выживают.
Унижают.
Но ничего! Я им еще покажу хрен с маслом!
А пока — спать. Если получится, конечно.
Выхожу из кухни — в гостиной никого. Та-ак. Но спальню же я закрыла?
Вижу свет, который пробивается из детской. Теперь эта комната целиком принадлежит сыну, раньше они делили ее с дочкой, потом дочку переместили в гостиную. Сейчас она в общежитии, но на лето приехала к нам.
Получается, эта парочка решила в комнате сына предаться блудной страсти? Вот же…
Ну, ладно. Что я могу сделать? Не полицию же вызывать? Военного коменданта будить, ага, опозориться на весь гарнизон.
Иди уже спать, Геля, не рви сердце!
Какой тут сон, если в родной дом муж привел чужую женщину?
Они там, за стенкой! Смеются, наверное, даже оргию устраивают.
Хотя нет, для оргии нужно несколько человек.
Собственные мысли доводят до истеричного смеха, которым я, кажется, пугаю мужа и его пассию. По крайней мере, они замолкают, вижу, как Кирилл аккуратненько так выглядывает в щелочку. Вероятно, думает, что пора вызывать санитаров.
А я что? За смехом скрываю слезы.
Но это помогает — в детской устанавливается тишина.