«Такие не меняются», – вспоминаю слова родителей.
И теперь я вынуждена с ними согласиться…
Спустя три года
Влад
– Ну и как ты себе это представляешь? – идя к машине, с улыбкой смотрю на сына. – Ты не пойдешь в садик, я не пойду на работу, и мы с тобой просто посидим сегодня дома? Прогуляем, так сказать?
– Да, – зевает от всей души. – Не хотю в садик. Там опять будет невкусная каса.
– Давай сделаем так, – сажусь на корточки, – сегодня еще денек сходишь в садик, а завтра папа возьмет выходной и поедем в аквапарк. Договорились?
– А Соня с Килилом тозе поедут?
– А Соня с Килилом уехали в Москву, – щелкаю его по носу, поправляю шапку, беру за руку и веду к машине.
Софа с сыном три часа назад вылетели в столицу. Сегодня жену Стаса выписывают из роддома, она поехала поздравлять брата с рождением дочки.
Я тоже хотел поздравить. Позвонил ему, но он как обычно не ответил. Мне оставалось только написать поздравительное сообщение.
Аня и Стас не общаются со мной больше трех лет. Ни слова не услышал от них за эти годы.
Сначала я долго не мог смириться с тем, что потерял их, и что узнаю об их жизни только от Софы. А потом долго не мог смириться с тем, что у Ани появился мужчина – тот самый адвокат, который помогал ей с разводом. Известная личность в Москве.
Когда Софа сказала, что он ухаживает за мамой, у меня отвертка в сердце провернулась – я не мог представить Аню с другим. Но в то же время понимал, что она имеет полное право на личную жизнь, как бы мне это не нравилось.
Они уже больше года вместе. Аня недавно переехала к нему, и в нашем доме теперь живет Стас со своей семьей.
А мне остается только смотреть на наши старые семейные фотографии и… только смотреть.
Маленький сын стал для меня неким спасением, что ли. Забота о нем отвлекала меня от мыслей об Ане и о том, какую боль я ей причинил. Нам с Арсом пришлось помотаться по реабилитационным центрам, по клиникам. Сейчас все в порядке, слава богу. У меня крепкий, веселый пацан, который не дает заскучать. Все говорят, что он моя копия. На Таню вообще не похож.
Она так и не появлялась в нашей жизни. Слышал, что живет в Нижнем Новгороде в квартире отца, который умер два года назад. И больше ничего не знаю о ней.
Таня лишена родительских прав, не интересуется сыном, но… в моей голове все же гнездится мысль о том, что она когда-то объявится в его жизни и расскажет, почему бросила его в роддоме. Выставит меня убийцей своего брата, настроит Арса против меня.
От нее можно этого ожидать, так как она живет с мыслью, что отомстила не тому человеку. Я для нее – незакрытый гештальт.