Оттолкнул меня и прожег взглядом.
– Я считал тебя своим отцом. А сейчас жалею, что не ты оказался на его месте.
Все верно он сказал тогда. Я не имел права занимать место Артема рядом с ним и Аней. Я должен был остаться в машине, а не заметать следы, чтобы избежать наказания.
Наказание все равно настигло меня спустя много лет. Я потерял все, что имел, и обратной дороги уже не будет.
Все, что у меня осталось, это маленький Арсений и Софа. Я благодарен ей за то, что она не отвернулась от меня, хотя тоже знает всю правду.
Сына я не брошу, как это сделала Таня, и, черт возьми, я даже не могу ее обвинить в этом. Два с половиной месяца она не выходит на связь, не интересуется ребенком, потому что этот ребенок…
Потому что он от меня.
Арсений не виноват в том, что произошло. Он только пришел в этот мир. Он боролся за то, чтобы остаться здесь, и выиграл эту борьбу несмотря на все неутешительные прогнозы врачей.
Лежит у меня на руках, улыбается, морщится от солнца, которое светит в заднее окно машины. Водитель везет нас в квартиру, которую я снимаю сейчас. Вещи уже собраны, осталось только погрузить их в багажник и отправиться в Сочи.
Два месяца спустя
Софа
Достаю из-под подушки звонящий телефон, смотрю на номер и настроение сразу взлетает до небес. Захар звонит. Мне не терпится услышать его голос.
– Алло?
– Привет, родная. Как слышно?
– Приве-е-ет, – протягиваю с улыбкой. – Слышно отлично. Как ты? Как дела?
Мурашки бегут от слова «Родная». Он так ласкового его произнес.
– Ты так долго не звонил. Я уже вся извелась.
– Я не на курорте, зай, сама понимаешь. Как только появляется возможность, сразу звоню тебе. Как там наш сын? Сильно пинается?
«Зая», «Наш сын», – повторяю про себя его слова, и по венам разливается сахарный сироп.
Еще совсем недавно я и не надеялась на то, что он выйдет на связь. Захар не отвечал на мои письма, игнорировал новость о моей беременности. Я уже успела накрутить себя по полной программе. А оказывается, он просто не знал, как начать со мной разговор после всего, что произошло. Чувствовал вину. Думал, что я на него сильно сержусь.
Я сказала, что простила его, и что забыла все плохое. Предложила начать все с чистого листа, и он с радостью согласился.
– Сынок так пинается, что, чувствую, будет футболистом, – смеюсь я. – С ним все хорошо. Анализы в норме, мое самочувствие тоже. И оно улучшается каждый раз, когда нам звонит наш папочка, – кладу руку на живот.
– Я рад, что у вас все хорошо. Слушай, а ты мне еще можешь деньжат закинуть?