Когда настало время готовить обед, наша игра плавно перетекла на кухню. Пока я занималась настоящими продуктами, Лора устроила свою «кухню» на полу – с деревянными мисками и ложками, которые ей выдала Марта. С важным видом она «солила» и «перчила» свои воображаемые каши и угощала ими кукол.
Марта, наблюдая за нами, покачивала головой, ее доброе лицо выражало неподдельное изумление.
– Вы ж дворянских кровей, мадам, – тихо заметила она, – а так ловко и в играх, и в готовке разбираетесь. Нечастое умение для леди.
«Культурный шок у представителя местного общества. Лечения не требуется, пусть привыкает», – мелькнуло у меня в голове.
– Мой отец считал, что самостоятельность и фантазия – главные добродетели, – легко солгала я, пожимая плечами. – А готовка, как и игра, отлично успокаивает нервы.
Мифический старший родственник, столько времени служивший мне прикрытием на корабле, пригодился и теперь, когда я из деревенской целительницы превратилась в Джелику Ленфард, точнее, Райвендарк. Подозреваю, Моран никому из слуг не похвастался, что уже успел развестись. Просто у жены закидоны странные – с кем не бывает?
Марта с одобрением кивнула, и мы продолжили заниматься своими делами в комфортном молчании, под аккомпанемент оживленной болтовни Лоры с куклами.
Вскоре Марта объявила, что сходит на рынок за свежими фруктами для девочки и овощами. Оставшись вдвоем, мы перенесли нашу деятельность в спальню. Игрушек не было, но это нас не остановило.
Соорудив «пещеру» из двух стульев и пледа, мы устроили «охоту на медведя», в роли которого выступила большая декоративная подушка. Я изображала страшный рык, а Лора с визгом пряталась в «пещере», откуда потом «отважно» выскакивала, чтобы меня «победить».
Мы валялись на полу, хохоча, пока у меня не свело живот от смеха. Это была прекрасная, хоть и несколько примитивная физиотерапия для нашей израненной психики. А еще немного, пусть не до конца, но моя сбывшаяся мечта. Моя девочка, которую в игре можно было поймать и зацеловать, чтобы она пищала от щекотки и сама льнула ко мне, как ласковый котеночек.
Внезапно за дверью послышался щелчок замка. Я встрепенулась, подумав, что служанка вернулась как-то уж слишком быстро.
– Тетя Марта с гостинцами! – весело крикнула Лора, и мы обе, все еще запыхавшиеся от игры, выбежали в прихожую.
Но в дверях стоял Моран. Он снимал плащ, и на его лице застыло усталое, сосредоточенное выражение, которое смягчилось при виде нас – растрепанной женщины и смеющейся девочки.
Не думая, я сделала шаг навстречу, собираясь обнять его. Этот жест уже становился привычкой – опасной и естественной одновременно.