– Вот видишь. Мы с тобой абсолютно разные люди, у нас разные взгляды на жизнь, нам проще будет жить отдельно. К дочери в любой момент можешь приезжать. Я не буду запрещать. Но давай больше не будем портить жизнь друг другу. Я устала. Пора принять тот факт, что мы не подходим друг другу, и отпустить. – пытаюсь поймать его взгляд.
Прохор смотрит на дочь, сжимает крепко ручку коляски. Он сдерживается, знаю, что непросто услышать такое. Но зачем жить вместе, не имея общих целей? Ни к чему хорошему это не приведёт.
– Тебе со мной настолько плохо? – на его лице ни одной эмоции.
Будто непроницаемая маска надета на Прохоре.
Чувствую укол совести. Будто я что-то не то сказала, будто я виновник нашего расставания. Но мы и не были вместе. Я просто дала время Прохору почувствовать себя отцом. Он этого хотел, он это получил.
Только не бывает всё так просто, как он этого хотел. Разбитую чашку не склеить. У нас было слишком много попыток, чтобы начать всё заново. Ни одна не увенчалась успехом.
– Мне не комфортно быть приложением к Прохору. И если честно, я хочу домой. – сказала так, как есть.
Но почему-то легче не стало. Кажется, между нами повисло напряжение. Тягучее, как густой сироп.
Прохор снова замолчал, но на этот раз надолго. Пока мы шли обратно, он не проронил ни слова.
Я чувствовала какую-то неловкость и отчуждение. Между нами выросла ледяная стена из непонимания и обид.
Когда мы вошли в квартиру, Прохор сам собрал наши вещи, пока я кормила малышку.
Потом подсел к нам, посмотрел мне в глаза:
– Поехали, я увезу вас домой.
Я видела в его глазах тоску. Но ничего менять не собиралась. Зачем? Если он принял такое решение, значит понял, что его характер уже не поменять. И, наконец, признал, что я тоже имею право на свой голос.
Домой мы приехали только ночью. Я предложила Прохору переночевать, а утром поехать обратно, но он наотрез отказался. Лишь помог занести сумки.
Ушёл он, не попрощавшись, а я продолжала чувствовать свою вину. А чего я хотела? Решения принимать всегда тяжело. И последствия, не всегда нам нравятся, но ничего не поделаешь.
Дочь крепко спала в люльке, а я не знала, куда себя приткнуть. Хотела же домой! Получите и распишитесь.
Впервые я пожалела, что решение принял не Прохор, а я. И только сейчас поняла, что я не хочу расставаться с Прохором. Что я готова принять его с непростым характером.
Почему-то, потеряв его по своей инициативе, я обрела что-то большее. Понимание, чего я хочу на самом деле.