Рома тяжко вздыхает и как-то сразу сутулится. Трет лицо ладонью.
— Ладно, пошли, — тоже севшим голосом говорит он.
Поворачивается и идет внутрь здания. Я иду следом. Пульс стучит в ушах набатом.
Мы проходим через небольшой симпатичный холл в деревенском стиле, сворачиваем по коридору, потом еще раз и оказываемся перед дверью в номер.
Я замираю и чего-то жду. Рома стоит рядом и явно не собирается мне помогать.
Сердце колотится, по ощущениям, прямо в горле. Ноги дрожат, пальцы ледяные. Хочу ли я знать, что там?
Отчетливо понимаю, что не хочу.
Зачем я приехала? И чего мне дома не сиделось? Но уже поздно.
Как во сне поднимаю руку и стучу. Потом еще. И еще. Уже громче.
Через несколько мгновений, показавшихся мне вечностью, дверь открывается, и я вижу перед собой девушку. Платиновую блондинку. Ошеломительно красивую, с четкими скулами и пухлыми губами.
Она заспанная и растрепанная, прижимает к груди полотенце, пытаясь прикрыть свою наготу. Лишь на ее шее болтается галстук.
Серый с серебристым отливом, мужской. Это галстук моего мужа.
Я знаю точно, так как сама покупала его. И сейчас он зажат прямо между… Хорошо так зажат, крепко. У нее явно есть, между чем его зажимать.
Я перевожу взгляд вглубь комнаты и вижу на кровати Кирилла.
Он лежит на животе и сладко спит. Ну, прямо ангел!
Какая красивая у него спина. Широкая, мощная, атлетичная. Круглые упругие ягодицы выглядят очень эффектно.
Вот такие странные мысли появляются в голове. Словно мой мозг пытается зацепиться за детали, только чтобы не впустить внутрь правду, как-то отгородиться от нее.
Правду о том, что на нем тоже нет одежды.
Я не верю. Даже сейчас, когда я вижу это своими глазами, я не верю.
Мне кажется, что я чего-то не понимаю. Что всему есть какое-то объяснение. Да, точно, должно быть какое-то объяснение.
Мама всегда говорила, что я фантазерка и у меня богатое воображение. Вот только сейчас его не хватает, чтобы найти объяснение и оправдание тому, почему мой муж и какая-то неизвестная мне блондинка голые в одном номере ночью.
Как там в том анекдоте? «Ну ты же умная, придумай что-нибудь». Вот, что-то не придумывается.
— Что надо? — нагло спрашивает девица.
Я ошарашенно хлопаю глазами, не в силах вымолвить ни слова.
В этот момент Кир вдруг ворочается и открывает глаза. Он щурится от яркого света лампочки в коридоре, проникающего в комнату через открытую дверь.
— Какого хрена? Ты что еще, черт побери, тут делаешь? — он произносит хрипло и сильно невнятно.
После чего закрывает глаза, отворачивается и, похоже, снова засыпает.