Но я не стал слушать его тираду. Не собирался давать и шанса на продолжение этого боя. Сейчас, после разрушения контроля территории он слабее, чем когда-либо. Используя остатки своей силы и энергию Лунариса, я нанес последний удар.
Клинок прошел сквозь шею Лиама, словно сквозь масло. На мгновение время словно замерло. Я видел, как его глаза расширились от шока и неверия. А затем голова культиста отделилась от тела, падая на каменный пол с глухим стуком.
Лиам был мертв. Его глаза, все еще открытые, смотрели в пустоту, а на лице застыла гримаса ярости и недоумения.
Лунарис в моих руках потух, израсходовав последние крупицы энергии. Я почувствовал, как силы окончательно покидают меня. С трудом убрав меч в пространственный карман, я не смог сдержать приступ кашля. Изо рта хлынула кровь, оставляя металлический привкус на языке.
Но даже сейчас, стоя на грани потери сознания, я не мог позволить себе расслабиться. Победа над Лиамом была лишь маленькой ступенькой. Главная угроза все еще оставалась и это был не конец.
Я резко повернулся к центру зала, где Гилрон должен был остановить ритуал возрождения культистов. Мое сердце замерло, когда я увидел, что происходит.
И вдруг земля под ногами задрожала. Стены подземелья начали трескаться, с потолка посыпались камни. А затем раздался звук, от которого кровь застыла в моих жилах.
Это был рев. Но не обычный рев животного или даже духовного зверя. Это был звук, которого не должно существовать в нашем мире. Потусторонний, древний, наполненный такой мощью и злобой, что, казалось, само пространство вокруг искривлялось от его силы.
Я почувствовал, как все мои внутренности сжались. Страх, которого я никогда раньше не испытывал, с новой силой охватил меня. Это был не просто страх за свою жизнь. Это был первобытный ужас перед чем-то настолько чуждым и могущественным, что сам разум отказывался это воспринимать.
Кровавый Патриарх. Существо, которое две тысячи лет назад чуть не уничтожило весь континент. И сейчас оно возрождалось прямо передо мной.
Но хуже всего было то, что Гилрон, человек, которому я доверял, кажется, активно участвовал в этом процессе.
Стиснув зубы от боли и отчаяния, я собрал последние силы. Мой голос, хриплый и надломленный прорезал рев Кровавого Патриарха:
— МАСТЕР ГИЛРОН, КАКОГО ДЕМОНА ВЫ ДЕЛАЕТЕ⁈
Мой крик эхом разнесся по подземелью, теряясь в грохоте рушащихся стен и реве пробуждающегося древнего зла.
Пока Джин Ри сдерживал натиск младшего владыки Кровавого Культа, Гилрон устремился к центру ритуального круга. Его шаги были стремительны и уверенны, словно каждое движение было частью давно отрепетированного танца. Воздух вокруг мужчины дрожал от напряжения, наполненный зловещей энергией, которая, казалось, пыталась проникнуть в каждую пору его тела.