Внутри было тихо, и тени от горящей внутри свечи не шевельнулись на занавеске.
Выждав еще немного, Астуриас взялся за стекло.
Он пришел. Расчет был верен. Каким бы подозрительным ни выглядел слишком удачный слив информации, как бы рискованно ни было в такую минуту лезть в самое логово врага, он все же пришел, потому что не мог не прийти. Едва слышный скрип стекла свидетельство тому.
Конечно же он пришел лично, потому что действовать надо срочно, а другого вора, равного мастеру по квалификации, под рукой не оказалось.
Сейчас он вынет вырезанный кусок стекла, бесшумно отодвинет щеколду и откроет окно. Осторожно заглянет между опущенными шторами и увидит, что в комнате чисто — никакой засады, никого постороннего, только три пациента смирно лежат в своих кроватях — кто спит, а кто и без сознания… Тогда он просунет голову дальше и осмотрит ближние углы, потолок над окном и пространство между шторами и стеной. И окончательно удостоверится, что посторонних в комнате нет.
Их ведь и в самом деле нет. Мастер Астуриас не единственный, кто предпочитает особо важные дела выполнять лично.
Коротенькая стрела карманного самострела чуть дрогнула, поднимаясь, и замерла, нацелившись на то место, где должны были появиться ноги незваного, но весьма ожидаемого гостя. Смазанный парализующим зельем наконечник застыл в ожидании цели. Конечно, яд был бы надежнее, но убить, не допросив, такой ценный источник информации — непозволительное расточительство…
Створки все-таки скрипнули — едва слышно, но прокол налицо. Нервничаете, мастер?.. Теперь дождаться, когда он опустит вторую ногу и сделает шаг, — а то еще выбросится в окно, и лови его потом… Но не затягивать, иначе успеет заметить, что дыхание доносится не с того места, где лежит предполагаемая жертва…
Вот он остановился… Наверное, что-то насторожило. Все. Ждать больше нельзя…
Стрела вошла четко в колено, чуть выше сапога. Астуриас, наверное, успел понять, что влип, рвануться в сторону окна, но даже если бы он и успел спрыгнуть, теперь это его не спасло бы.
В следующий миг он грохнулся об пол всем телом, выронил нож и внезапно исчез прямо на глазах.
Прежде чем охотник успел осознать масштаб и последствия своего поражения и найти ему объяснение, на соседней кровати приподнялась над подушкой растрепанная рыжая башка и слабый, но весьма недовольный голос поинтересовался:
— Что за фигня?
«А если он не ушел? — мелькнула паническая мысль. — Если только спрятался и продолжит свое дело, как только все утихнет? Надо срочно обыскать все с учетом возможной невидимости…»