Парни переглядываются.
— В этом деле без взрослых не обойдёшься. Нужен кто-то со строительным образованием. Оформить какое-нибудь ООО, обзавестись несколькими стандартными проектами… короче, тут надо узнавать и разбираться. Но перспективы классные. Если у нас двадцать — тридцать пар оформится в ближайшие годы, сам собой появляется спрос на строительные услуги. Тридцать миллионов для села — приличные деньги. Работать-то станет, по сути, всего лишь строительная бригада в пять-шесть человек.
— Ну да, — Валера размышляет вслух: — Транспорт свой, подвезти-увезти — без проблем…
— Только небесплатно, — уточняю сразу. — Конный транспорт всё-таки недорогой. Лошадкам на корм себе тоже зарабатывать надо.
10 января, воскресенье, время 18:35.
Село Березняки, дом бабушки Серафимы.
Ужинаем. Майклу пожелал приятного аппетита. По-английски, разумеется.
— А-ту-ва-ту афа? — спрашивает Миша.
Немного раздумываю, пытаясь перевести. Слегка грустная Алиса — я завтра уезжаю — хихикает и помогать отказывается.
— Да, я тоже буду ужинать, — решил так истолковать вопрос сына. Понимает меня только он. Ну, я надеюсь…
— Чисто басурмане… — ворчит бабушка якобы недовольно на наши англоязычные переговоры.
Вечер провожу дома, в клубе народ с моим участием вчера веселился.
В спальне Алиска устраивает мне прощальную Варфоломеевскую ночь при моём полном непротивлении.
11 января, понедельник, время 14:15.
Ж/д вокзал городка в 12 км от Березняков.
Прощаюсь с парнями под взглядами малость ошарашенных встречающих и провожающих. Мы подъехали верхом на лучших лошадях, так меня решили проводить. На них продолжают смотреть и после того, как трогается московский поезд. Парни с заученной лёгкостью запрыгивают в сёдла и под лихой посвист намётом вылетают на заснеженную дорогу.
— Лошадьми воняет, — морщит носик симпатичная круглолицая девочка.
Наверное, дочка супружеской пары средних лет, не старше сорока. Полноватая матронистая дама и похожий округлостью лица и прочими признаками на девочку мужчина. Прячу осуждение во взоре при виде уже заметного брюшка. Дочке их лет четырнадцать.
Ничего страшного, как-нибудь перетерплю. А скорее, они — меня, ха-ха-ха.
— Это от меня, очаровательная мадемуазель, — начинаю беседу со всей куртуазностью. — Пришла в головы моих друзей идея проводить меня верхом на конях. Как я им откажу?
Запах и без того слабый теряется полностью, когда я снимаю верхнюю одежду. Хотя девочка вредничает:
— Всё равно пахнет…
— Сразу видно, мадемуазель, что вы, к моему большому сожалению, не принадлежите к аристократии. Ни нашей страны, ни какой-либо другой. Ну что ж поделать…