Да и что же он такого ужасного сделал? — вопросила я сама себя. — Увёз, не бил, не пытал. Даже в лесу среди берёзок не закопал за украденные со счетов деньги. Разобрался в ситуации. Нашёл виновного. Ну да, разок трахнул. Но кому из женщин не приходилось хотя бы раз терпеть в сексе? А тут я даже удовольствие получила и достигла пика оргазма. Нет уж. Он конечно тот ещё мудак. Но может быть мне удастся его переделать под себя? И будет он только моим мудаком.
— Кать, не подвисай, — Вадим смотрел на меня с некоторым беспокойством во взгляде. — Ты как?
— Почти нормально, — почти не соврала я в ответ. — Беспокоюсь.
— Принято. Значит надо нагрузить тебя задачами для головы, чтоб не было времени на посторонние мысли.
Мерседес стоял на парковке немного в стороне от входа в корпус. Стоило Вадиму показаться на крыльце, двигатель утробно рыкнул. Выхлопная труба выплюнула облачко серого дыма.
— Поехали в офис, — когда мы сели в салон, сказал Вадим водителю.
— Вадим, — посмотрев на него, я поймала заинтересованный взгляд. — Я хочу сказать спасибо. Вы ведь могли со мной не кататься по больницам. Наверняка у вас есть и другие важные дела. Не знаю. По бизнесу.
— Перестань, благодарить меня ещё рано. А дела подождут. Даже если упущу где-то выгоду, смогу заработать в другом месте. Деньги идут к деньгам. А при четко поставленной цели, и при наличии структурированного плана, добиться желаемого не так сложно.
Мне на секунду стало не по себе. Неужели он и наши взаимоотношения воспринимает в таком же контексте? Есть цель, есть план по её достижению, есть реализация плана.
— Ты наверняка уже и сама догадалась, я тебя так просто не отпущу от себя, — под его пристальным внимательным взглядом я поёжилась. — Ты как надкушенный бутерброд. Оставить его кому-то, это всё равно что выбросить. А я с детства не приучен еду выбрасывать.
— Но…
— Ты будешь моей. И тебе будет это нравиться. Уж я могу тебе обещать, что приложу к этому все свои силы.
— Вадим. Не надо об этом.
— Почему же? Мы взрослые люди, и можем вполне откровенно говорить о вопросах сексуальной жизни.
Его слова были полны такой убеждённости, словно это вообще не может вызывать вопросов или протестов с моей стороны. Это уже свершившийся факт, просто я пока в это не поверила.
Он словно откуда-то знал о моём обещании. Или даже больше того, сам же меня и подтолкнул к этим мыслям.
— Вы ведь всё знали.
Я с трудом смогла набраться сил произнести это «обвинение».