Неладно что-то в Дивьем царстве…
— Ведьма столько раз нам помогала, теперь моя очередь её выручать! — пробормотал Пушок себе под нос.
Он стоял в ночном лесу перед вязовым дуплом, открывающим дорогу в волшебный мир, и разговоры с самим собой придавали ему храбрости.
— Заодно наведаюсь в коловершьи пещеры, навещу родственников.
Пушок и сам до конца не понимал, с чего вдруг так робеет. Он ведь коловерша — наполовину кот, наполовину сова, волшебный зверёк. Значит, запросто может летать из мира смертных в Дивь и обратно хоть каждый день.
Наверное, всё из-за дурных воспоминаний. В прошлый раз, когда Пушок сунулся в вязовое дупло в одиночку, он лишился семьи и дома, едва не погиб от горя и одиночества…
— Эх, была не была!
Зажмурившись, Пушок нырнул в сияющий золотистым светом проём.
Ради Тайки он был готов на любые подвиги.
Уже третью неделю кряду его ведьма ходила словно в воду опущенная. Отвечала невпопад, роняла предметы, наливала чай мимо кружки, забывала в печи пирожки… Мыслями она была где-то очень далеко. Пушок настойчиво расспрашивал, что случилось. Тайка сперва отнекивалась, мол, всё нормально, но потом призналась:
— Яромир больше не снится.
— Может, он просто занят? — предположил коловерша.
Но Тайка покачала головой:
— До бабушки тоже не получается достучаться. А вдруг там что-то плохое случилось?
— Или они просто криворукие балбесы и разбили волшебное зеркало. Ты же знаешь, какая это редкость. Новое нужно у самого Кощеевича из Нави заказывать. Пока довезут, пока настроят…
После этого объяснения Тайка на некоторое время повеселела. Но летели дни, и надежда начала угасать.
— Ох, уже два месяца прошло. За это время можно было до Нави и обратно пешком дойти.
Пушок понимал, что она права. Ему тоже стало страшно: а вдруг у друзей и впрямь случилась беда? В отличие от Тайки, он мог отправиться на разведку хоть сейчас, но вместо этого маялся глупой нерешительностью. Ведь пока доподлинно не знаешь, что случилось, можно убеждать себя, что всё в порядке.
Он пытался позвать с собой Никифора, но домовой наотрез отказался:
— Я ж тебе токмо обузой буду. Ты вона какой легкокрылый. Раз-два — и обернулся. А у меня ноги короткие, пока дотопаю… Да и, знаешь, я вообще по натуре домосед.
А больше и попросить было некого. Не в том смысле, что за родную ведьмушку никто из дивнозёрской нечисти не впишется. Наоборот. Кинешь клич — выстроится очередь из желающих. Да только у них язык без костей. Начнутся потом суды-пересуды. Тайке это вряд ли понравится…