Стены спиральной крепости по большей части осыпались. Десятки легионеров пытались выбраться из-под завалов или откопать товарищей. Монстры и воины Порчи все были мертвы. Древо вытянуло из них силу, оставив лишь пустые оболочки.
Я кое-как поднялся. Ноги вязли в рыхлом грунте. Левое колено ныло. Видимо повредил его пока меня болтало землетрясением. Я направился к древу, поднимая меч. Великое Отрицание уже закончилось. Оставалось уповать на могущество клинка, который я месяцами кормил энергией сверхъестественных врагов.
Кора Древа Смерти вблизи казалась практически черной, а по текстуре напоминала дубовую. Повсюду бугристые выступы и трещины-впадины. Я попытался вонзить Клык в древесину этого кошмарного исполина. Получилось. Клинок сантиметров на пять погрузился в кору, но все было тщетно.
Дерево Смерти не заметило ни меня, ни моего клинка. Оно продолжало медленно расти, вытягивая из этого мира стихийную энергию, а из далёких пылающих царств демонов — силу Великого Пламени.
Древо Смерти Мира. Гигантская магическая черная дыра. Я видел как оно тянет в свою сторону тени мёртвых и даже живых. Каждый человек рядом с этой дрянью постепенно терял силы, позволяя корням Древа Смерти все глубже уходить к центру мира.
Удар, ещё удар! Рубящий, колющий!
Меч бессильно отскакивал, не причиняя махине заметного вреда. Слишком большим оно стало. Слишком безмерно могущественным. Росток нового глобального Бога. Сочетание несочетаемого, скрепленное ненавистью мёртвых и магической силой всех типов. Возможно, из него со временем появиться некая сверхсущность. Божество смерти и гнева. А возможно дрянь просто будет расти, пока не выкачает из этого мира все силы. Оплетет корнями, высушит и раскрошит пустую оболочку планеты, чтобы затем просто дрейфовать в космической пустоте. Величайшее растение-паразит.
Все приспешники Сердца были мертвы, кроме Белквергоста. Он продолжал сражаться с Гарамом на одном из чудом уцелевших участков стены. Обоим вождям сейчас было плевать на весь мир и даже на возникшее рядом Древо Смерти. Что это был за бой! Поединок, достойный древнейших мифов.
Кербриец наседал. Под ударами его меча, именуемого Восставшим, костяная броня Белквергоста лопалась и с хрустом ломалась, обнажая кровоточащую плоть. Настолько велико было могущества этого клинка и его владельца. Удары звучали как раскаты грома. Вождь-воин и вождь-шаман двигались со стремительной смертоносной простотой. Ничего лишнего. Ничего показушного или бессмысленного. Только два избранника богов, пытающихся уничтожить друг друга.