Однако сейчас на нас шли свежие формации лучших воинов Порчи во главе с их боевым вождем. Над ними кружил Вестник.
— Убивать! Умирать! Убивать!
Продолжая скандировать, враги начали стремительную яростную атаку. Сам Белквергост ударил в центр между Велвеграми и кербрийцами. Туда, где стояла цестинская ауксилия во главе с Аркетаром. Элита вспомогательных подразделений. Им пришлось несладко.
Несмотря на наличие рядом подавителей, Белквергост практически не замедлился. Фигура в чёрном балахоне и костяной броне, ворвалась в ряды цестинцев, игнорируя их выставленные копья. Они не могли причинить чудовищу серьезного вреда. Взмах страшного оружия проклятого вождя оборвал сразу несколько жизней.
Его свита, направляемые очевидно волей Иратиона, всеми силами атаковала подавителей. В них стреляли укреплённые мутациями лучники, забравшиеся на костяные машины. По ним работала артиллерия врага. Отборный подавитель и наемный охотник на монстров пали за первую минуту. Образовалась небольшая брешь в поле антимагии. Белквергост тут же воспользовался этим.
В воздухе над десятком цестинцев возникла призрачная костяная длань, сплетенная из колдовского тумана. Полупрозрачные пальцы схватили людей и рванули вперед, опрокидывая под ноги наступающим северянам. Похожую магию использовал раньше я. Призрачная хватка. Причем эта хрень не только физически опрокинула воинов, но и вытянула из них силы, наложив также эффект Погибели. То есть в случае смерти жертвы тут же превратятся в зомби, а их души отправятся на вечные мучения.
— Умирать! Убивать! — ревели те северяне, кто ещё не вступил в бой.
Я направил кербрийцев на помощь цестинцам, послал туда ещё венатора, но все рассыпалось слишком быстро. Каждый удар Белквергоста буквально потрясал наш строй. Тяжелый клинок на костяном древке сминал и раскалывал шлемы, разбрасывал в стороны щиты. Проклятый вождь создавал в строю цестинцев смертельно опасные бреши, куда тут же ломились безумцы, смешивая некогда стройные ряды акусилии.
На Двадцать Первый тоже накалилась волна бронированных варваров, но тут пока было легче. Направив помощь цестинцам, я переключился на контроль кавалерии легионов во вражеском тылу. Там были шансы на успех. Пока две сотни промотов и копейщиков вязали боем оставленное прикрытие, других всадников я направил громить костяные машины. Те под подавлением теряли подвижность, превращаясь в малоопасные громадины. Наконец-то огонь вражеской артиллерии чуть стих. Западный фланг позиций костяных орудий был практически захвачен нами.
Белквергост нанес десятка два ударов, и, доведя ситуацию у цестинцев до катастрофической, поспешил в тыл. Черт! Он собирался защитить костяную артиллерию.