Моё тело двигалось само, без моего участия. Я чувствовал ритм, и каждое движение было частью этой мелодии. Прыжок со сменой траектории и удар в воздухе. Два перемещения и завершающий бросок за спину воображаемого противника, где финальный удар разрезал пространство так легко, словно это был тонкий шёлк.
Я опустил меч и перевёл дыхание. Мышцы горели, но в целом тело справилось отлично.
— Спасибо, — произнёс я, повернувшись к девушке. — Ты даже не представляешь, как мне это помогло.
— Ну, вообще-то, представляю, — засмеялась Фань Юэ. — Сестре тоже это всегда помогало, когда она не могла разобраться с какой-нибудь техникой. Так что я всё детство ей пела.
— Сложно поверить, что у неё что-то не получалось, — я подошёл к колодцу, набрал воды, ополоснул лицо и напился. — Такое чувство, что она родилась на уровне ядра.
— Нет, к сожалению, ей пришлось очень много работать для достижения этого уровня. Думаю, если вы станете больше общаться, то ваше мнение друг о друге сильно улучшится. — Фань Юэ задумалась о чём-то, после чего махнула рукой. — Кстати, нам уже пора. Готов к новому заданию?
— Да, — я призвал летающий меч и посмотрел в сторону девушки. — Можем отправляться прямо сейчас.
Утро сегодня было ясным и безветренным. Столица внизу только просыпалась. С высоты виднелись только редкие прохожие, да торговцы, открывающие лавки. Так что мы без всяких приключений долетели и приземлились во дворе Обители.
Пройдя несколько внутренних дворов, поднялись по широкой лестнице в главное здание. Коридоры здесь были широкими, с высокими потолками и огромными картинами на стенах. В основном это были портреты старейшин и эпические сцены битв. Пахло старым деревом и благовониями.
Мастер Лю принимал в восточном крыле. Когда мы пришли на место, Фань Юэ поправила платье, вздохнула и тихо постучала.
— Кто там в такую рань? — из-за двери раздался хриплый, ворчливый голос. — Проходите уже, хватит тарабанить.
Кабинет мастера Лю оказался именно таким, как я представлял: тесным, заваленным папками и свитками, с запахом старой бумаги и чернил. На стенах висели карты, схемы, несколько портретов.
Сам мастер Лю сидел за массивным столом из тёмного дерева. Он был пожилым, с глубокими морщинами на лице, седыми, но густыми волосами, собранными в небрежный пучок. Рядом стояли трость для ходьбы и короткий меч.
— Приветствуем старшего, — мы синхронно поклонились, приветствуя старика.
— Фань Юэ, Ли Хань, — он кивнул, не поднимаясь. — Садитесь.
Мы сели на низкие деревянные стулья. Сквозь щели в полу тянуло холодом, что не удивительно, кабинет располагался на теневой стороне, и солнце сюда почти не заглядывало.