Для магов на военной службе существовало множество различных привилегий, куда уж без этого. Эдвина не интересовала высокая оплата… ладно, интересовала, конечно, куда уж без этого, но не на первом месте стояла. Мертвому деньги ни к чему, а на войне бывает и убивают. Это, кстати, еще одна причина его нежелания туда идти. Не то, чтобы он боялся… хотя боялся, конечно, как он размышлял еще в эльфийском городе, от попадания огромного камня, никакая защита его не спасет. А на войне прилететь может случайно — даже не по тебе могли целиться.
— Запрет на дуэли, — прочитал вслух он. — Ну конечно, ага.
Да, в армии нельзя было вызывать на дуэль и устраивать смертельные поединки. Император крайне неодобрительно относился к тому, что главный актив его армии — магов — сокращал не неприятель в бою, а они сами по дурости. А еще магов и после военных действий на дуэль можно было вызвать… путем таких сложностей, что до этого не доходило. Как-никак ты военный, ты служишь империи и императору, и если во время войны ты потоптался по чьей-то чести, то отвечать ты будешь лишь перед ним, никакой другой аристократ просто так тебя вызвать не сумеет.
— Да уж, — в очередной раз повторил Эдвин. — Меня как будто подталкивают к этому решению.
«Или не как будто. Не зря же этот лист в папке оказался», — уже не вслух подумал он. В том, что за комнатой и его действиями следят он не сомневался. Не потому, что он под подозрением (хотя и так могло быть), скорее в таком месте следят все и за всеми. Специфика службы.
Ответ на письмо пришел быстро, в нем куратор сетовал, что освободится ближе к вечеру, но пропуск выписал на неделю в любое время суток, и просил Эдвина его дождаться там, если сегодня он поедет.
— А я поеду, — усмехнулся парень. — Что еще делать?
С транспортом все оказалось не так быстро, как хотелось бы. Все же он находился у службы безопасности в гостях, и не мог по первому требованию вызвать себе карету. Спасибо Гэвину, что вообще предусмотрел нужду в закрытом транспорте. До обеда он честно ждал, проводя время за теорией, выписывая на бумагу формулы, и пытаясь хоть что-то вспомнить из академического курса. Получалось очень плохо, поэтому появление слуги, отрапортовавшем о готовности транспорта, он воспринял как избавление от своих страданий, не меньше.
«Я вот забыл, почему мне этот предмет не нравился, а теперь вспомнил», — с горькой усмешкой схватил он книгу и отправился к карете.
Организовано все было тоже в духе службы безопасности империи. Почтовая карета заехала в одно из зданий, разгрузилась, дождалась, пока он в нее сядет, и отправилась в академию.