Постепенно Сергею начало казаться, что они идут по кругу. Через некоторое время его ужасная догадка подтвердилась — они снова вышли на широкую дорогу и в недоумении остановились.
— Может быть, это — другая дорога? — с надеждой спросил лорет.
Решетов осмотрелся, прошелся вперед и грустно покачал головой:
— Нет — та же самая, с завалом впереди. Вон, видишь помет кайсанов у того валуна — это мы здесь проезжали.
— Что же нам теперь делать? — безнадежно грустным голосом вопросил лорет Байтрана.
Седой с минуту раздумывал и неуверенно ответил:
— Слушай, по этой тропе изредка ходят, это заметно. По пути мне попадался кое-какой мусор, оставленный людьми. Скажи, зачем кому-либо бродить по этой петле — в этом нет никакого смысла. Выходит, мы что-то пропустили в пути, а именно — поворот. Нужно снова направиться по этой тропинке, внимательно глядя по сторонам и найти путь до наступления сумерек, иначе нам придется ночевать в этом каменном мешке. Лорет тяжело вздохнул и лишь кивнул в ответ, предварительно покосившись на небо. Они вновь направились по коварной тропе, условившись, что Решетов осматривает правую сторону, а Мэйти — левую. Через час или полтора Сергей радостно воскликнул:
— Есть!
Мэйти удивленно посмотрел на каменную стену и ошарашено перевел взгляд на спутника:
— Где?!!!
Седой довольно рассмеялся и ответил:
— Все дело, друг мой, в том, что ты идешь позади. Взгляни с моего места.
Лорет подъехал к спутнику и тоже радостно воскликнул, увидев еще более узкий проход, укрывшийся за выступом скалы так, что его можно было увидеть лишь проехав вперед и оглянувшись. Пыл путешественников немного поумерился, когда они ступили на узкую тропинку. Несколько раз довольно сильно ударившись плечами и коленями о скалы, Седой благоразумно спешился и повел Лондо за собой. Считая себя весьма ловким, Мэйти лишь высокомерно посмеивался, продолжая ехать верхом и уворачиваясь от каменных выступов, пока, наконец, не двинулся об очередной выступающий камень, разбив до крови голову. Смеясь, Седой перевязал неглубокую царапину лорета, и далее достойный витязь следовал пешим порядком.
Вечером, когда лазурный цвет неба над узким ущельем заметно потемнел, путники наконец-то увидели впереди выход из горного лабиринта. Тропа заметно расширилась, и путешественники вновь оседлали кайсанов. Голодных животных даже не нужно было понукать — они сами прибавили шаг, устремившись к благоухающим травам, запах которых уловил их чуткий нюх. По мере продвижения стены коридора становились все ниже и было видно издалека, что на выходе они вовсе сходят на нет.