— Уйди! — махнул он рукой. — Не мешай нам работать.
Я отошёл, но ненадолго. Подождал, пока он отвернётся, и попытался с другой стороны. Спросил у Торса, тихо и без заискивания, что они получают за эту работу. Думал: может, у меня есть что-то, что он захочет взамен.
Прикинул, что могу отдать ему пять ядер за информацию, но Торс лишь посмотрел на меня мгновение и отвернулся. Без слов, без насмешки, как отворачиваются от пустого места, которое тебе не мешает, но и замечать незачем.
На третий день я просто сидел в стороне и запоминал. Как они держатся, как реагируют на звуки из-за стены, как Брен зевает к середине дня, а Торс — никогда. Как они оба почти не смотрят на подходящий тракт. Значит, привыкли, что ждать обычно долго. Как Торс иногда закрывает глаза на несколько секунд и потом открывает, будто созерцает, но слишком коротко для этого.
Вечером того же дня пришло трое из соседней деревни. Одежда плохая, оружие деревянное, мешки маленькие. Явно не охотники, скорее обычные рабочие, что решили попытать счастья.
Их даже проверили на чаше. Двое на четвёртой и пятой ступени, один — пятая с хорошей плотностью. Брен что-то сказал про них вполголоса, и они покраснели. После убежали обратно.
Получается, вообще любой из деревни мог добраться сюда и просто коснуться этой чаши? Ни Тарим, ни кто-то другой словом об этом не обмолвились. Выходит, у меня был шанс во всем разобраться еще пару лет назад.
Я все еще злился на старейшину, хоть и не так сильно, и это здорово отвлекало от ожидания. Знать бы раньше — жить было бы куда проще. Впрочем, сейчас уже нет смысла об этом переживать.
День на четвертый показался какой-то мужик. Довольно взрослый, тащил с собой топор и немного вяленого мяса. Сунул руку в чашу, чтобы пройти проверку, и та выдала десятую ступень.
Я было обрадовался: нас стало двое, нужен всего один человек для прохода. Мужик подошел поближе и замер. Проторчал так рядом со мной молча часа три, а потом просто развернулся и ушел. Наверное, понял, что ловить тут пока нечего. Я смотрел ему вслед и ловил себя на мысли, что немного завидую такой свободе, ведь он мог спокойно уйти и прийти потом снова.
Понятно, что это мой собственный выбор. И все же стало как-то тоскливо. Едва появилась надежда, как я опять остался торчать здесь в одиночестве.
На пятый день Брен, завидев меня, вдруг решил показать себя во всей красе. По-другому я его выходку объяснить не могу. Он просто выпрямился, опустил руки вдоль тела и слегка высвободил силу своего ростка.
Воздух вокруг словно загустел, и это ощущение плотности тянулось прямо от него. Причем происходило это как-то естественно, без лишнего напряжение. Совсем не похоже на то, как давил Нурр, или на какую-то сплошную волну. Это было что-то другое и куда мощнее, чем у Вирга. Я ощутил эту силу даже шагах в пятидесяти, поэтому невольно подался назад, покрепче перехватив копье. Брен в ответ лишь усмехнулся. Торс же стоял с привычным каменным лицом и даже не дрогнул. После такого желания подходить к ним у меня поубавилось.