Вопросительно поднял бровь, думал что он мне теперь разрешит.
— У меня будешь учить меч.
Не понял.
— Но… — начал я.
Бранн повернулся к стойке за моей спиной, снял оттуда деревянный меч средней длины, не глядя кинул мне. Поймал неловко, рука к копью уже привыкла, и пальцы пошли вокруг рукояти меча так.
— Копьё… хорошее оружие, — бросил Бранн. — На охоте и в узких проходах. Против зверя или в группе. Когда ты заранее знаешь, кто враг.
Стоял с мечом в одной руке и копьём в другой и слушал.
— Но в городе всё по-другому. На рынке тебя ударят мечом, как и в шоке или трактире. Никто тебе не даст ту дистанцию, которая нужна и ты станешь бесполезен. А ещё скорость атаки…
Он сделал шаг в сторону и обвёл взглядом класс, чтобы остальные тоже услышали.
— Меч на поясе. Нож в рукаве. Рука всегда при тебе. Если ты умеешь только одно, тебя убьёт тот, кто заставит тебя потерять это одно.
Пауза.
— Сильный — это не тот, у кого есть один хороший приём. Сильный — это тот, кто не разваливается, когда условия меняются.
Слушал и складывал. У Бранна это шло так же ровно, как у Эстера. У Эстера это касалось зерна, а у Бранна — тела. И за обоими стояло одно и то же. Не сила. Равновесие.
— Копьё положи, — повторил Бранн.
Поставил копьё обратно на стойку.
Меч в руке был не тяжёлым, и в этом оказалась первая проблема. Он не давал тяги вниз и не уравновешивал руку. Дерево было лёгким, и кисть моя, привыкшая держать рукоять копья с упором в локоть, не понимала, что ей делать.
Бранн повернулся ко всем. Городские уже стояли с деревянными мечами в руках. Бранн прошёл вдоль ряда и поправлял некоторым стойку — ноги, плечи, рука, угол клинка, короткий шаг. Сделал это один раз, второй, медленнее.
— Покажите, чему вас там дома научили, — хмыкнул учитель.
Я сделал удар. Вышло так себе, хуже, чем у остальных. Тело по привычке занимало позицию для копья: левая нога выставляется, вес уходит вниз, а туловище разворачивается вполоборота. Но с мечом так не работает. Тут нужно держать ноги поближе друг к другу, спину делать прямее и не выпячивать плечо. К тому же я вцепился в рукоять изо всех сил, будто клинок мог вырваться, хотя он сидел в руке вполне надежно.
Тавр, стоявший по соседству, держался на удивление уверенно. Он как-то без усилий развернулся, поставил плечо ровно так, как велел Бранн, да и хват у него был верный. Я наблюдал за ним боковым зрением и вдруг осознал одну вещь. Дело тут не просто в желании попасть в стражу. Наверняка парень не один год тренировался с какой-нибудь веткой во дворе, отрабатывая эту самую позицию.