Словно в насмешку, за спиной раздаётся трель дверного звонка.
Не успев выйти из коридора, где находится дверь в ванную комнату, я оборачиваюсь. Но не спешу открывать.
Хм, кто бы там мог быть?
В груди неожиданно всё леденеет.
Что если это тот ублюдок? А как он меня нашёл? Стоит позвонить Леону?
Я чуть не бегу в комнату за телефоном, но вовремя осекаю себя.
А вдруг не он?
На цыпочках подхожу к двери. Смотрю в глазок и выдыхаю, увидев Новака, а не того ненормального блондина.
Стоп. Что? Леон здесь?
Незамедлительно открываю дверь, ошарашенно оглядываю мужа.
Он вернулся спустя час, как мы разошлись? Зачем? Что-то забыл? Или…
– Привет ещё раз, – говорю и замечаю его растрёпанный короткий ёжик. Помятую рубашку, расстёгнутый пиджак. – А что ты?..
Я обрываюсь на полфразы. Когда взгляд цепляется за разбитую губу, скользит вниз… туда, где по белой ткани, на правом боку, растекается кровавое пятно.
Вероника
– Какого чёрта, Новак? – первое, что вырывается при виде этого ужаса. Мы виделись буквально час назад! И вот он появляется таким, будто его собаки подрали!
– Чего орёшь? Всё нормально, – заходит в квартиру как ни в чём не бывало. – Я искупаюсь у тебя? Не хочу в таком виде домой возвращаться.
– Искупаешься, как только объяснишь, что произошло и откуда у тебя кровь, – настаиваю и протягиваю руку к рубашке. Задираю ткань, осматривая уже подсохшую на теле кровь и неглубокую рану. Немного успокаиваюсь – ничего серьёзного, но обработать всё же стоит.
Леон резко отшатывается и весело произносит:
– Воу-воу, Вероника, что с тобой? Ты меня домогаешься?
– Новак! Дурью не майся!
Пока я переживаю за этого идиота, он играет со мной.
Неожиданно надвигается на меня, заставляя сделать шаг назад.
– Расскажу. Потом, – говорит, распахнув двери ванной и быстро скрывшись внутри. А я продолжаю стоять посреди коридора и хлопать ресницами.
Вот это отдохнула, называется…
Пока Леон принимает душ, достаю аптечку и думаю о том, что могло с ним случиться. Догадываюсь, но верить в это не хочу.
Пытаюсь не накручивать себя, но всё равно делаю это, сидя на диване как на иголках.
Через пятнадцать минут Новак выходит из душа. Я как раз перебираю шкаф в поисках мужских вещей. На всякий случай, если он захочет переодеться. Он чистюля и вряд ли наденет трусы и брюки второй раз, тем более после душа. Но, вероятнее всего, сделает исключение.
Ибо одежды у меня нет.
– Я не нашла ничего, что могло бы налезть на твои плечи и зад, – признаюсь, выуживая с полки белую ткань. – Но есть простынь. Замотаешься в неё и можешь почувствовать себя Цезарем.