— Я… я соберусь. Посплю, и всё пройдёт.
— А вдруг нет?
Он сел рядом с ней на постель, взял за руку.
— Пройдёт обязательно. Если не завтра, то послезавтра непременно.
— Изабель, — вздохнул он. – Давайте поступим так. Вы сейчас мне расскажете всё, что сочтёте нужным. О вашей семье, о ваших братьях. Один раз, больше я вас ни о чём подобном не спрошу.
— А вам зачем? – не поняла она.
— Мне затем, что я хочу видеть вас спокойной и счастливой, а вовсе не то, что вижу сейчас. С вашими родными знался Антуан, он высказался, конечно, но без особых деталей. Я же не видел их живьём ни разу, только по магической связи. Никого. Но раз уж мы породнимся, я хотел бы представлять себе, что такое поджидает меня за проливом, и часть чего я беру в жёны.
— Не поздновато ли? – спросила она довольно-таки зло.
— Нет, узнавать что-то новое никогда не поздно, — покачал он головой. – За что вы в обиде на свою семью?
— За то, что они… выбросили меня, и всё. Стыдились меня. Я им всем была как не пойми что, неведома зверюшка. Девица-некромант – извращение. Будь я универсалом, как некоторые мои братья, меня бы вывозили в свет, знакомили с детьми из подходящих фамилий, потом нашли бы мне мужа где-нибудь поблизости. А я была не пойми что. К мужчинам-некромантам относились проще, и то не все. Но я сейчас думаю, что это просто наш отец обладал скверным характером, ни с кем не дружил, и с ним тоже никто не дружил. И он не смог обеспечить сыновьям связи и поддержку. Старший брат Эдвард казался мне… хорошим, вот. Я думала, мы друзья. Но оказалось – нет. Он тоже думал, что я – ошибка природы и мироздания, и был только рад отправить меня подальше.
— Сколько всего у вас братьев, Изабель?
Ей показалось, что маркиз улыбается. Она решилась взглянуть – в самом деле улыбается. Совсем чуть-чуть. Немного.
— Семеро.
— Сестра семерых братьев живёт одна где-то, в другой стране, охваченной беспорядками, в неподобающих условиях. Выходит замуж за первого попавшегося бродягу. Защищает от нежити толпу простецов. Сражается с разбойниками и мародёрами.
— Они сами так решили.
— О нет, уверяю вас, ни в коем случае. Они решили, что устроили для вас самую подходящую жизнь, наилучшую из возможных. И когда вы пропали, мне пришлось выслушать, гм, довольно много неприятных слов. Но я считал, что господа Горэй в своём праве, и снёс все упрёки без возражений, — усмехнулся он. – И был весьма рад, когда судьба всё же столкнула нас с вами. Скажите, отчего они не прибыли и не попытались найти вас? Любому из них это было бы проще, чем мне, потому что они хорошо знали вас, а я не знал совсем, и даже Антуан, как оказалось, знал недостаточно для того, чтобы найти.