— Как давно он у тебя? – Марк кивает на дневник. – Как давно ты скрываешь от меня его существование?
Я сглатываю слюну. Марк говорит спокойно. Но я знаю, что в душе у него бушует ураган.
— Отвечай, что молчишь.
Он вздыхает. Перелистывает дневник.
— Я… я нашла его ещё перед Новым годом. На чердаке.
— Так давно? Ты так давно нашла его и молчала столько времени? – Мне кажется он потрясен моим поступком. Он недоверчиво смотрит на меня. А я уже ощущаю, что глаза наполняются слезами.
— Почему, Ника? Почему ты не сказала мне о нём. Я не понимаю.
— Марк, прости меня, — шепчу. Но он качает головой. – Я прочитала его позже.
— Но всё равно не рассказала мне, — Марк встаёт, идёт к шкафу. – А как же честность и открытость между нами? Я вот ничего больше не скрываю от тебя, Ника.
Марк берёт сумку и складывает свои вещи в неё. Он уходит?
— Что ты делаешь? – я подбегаю к нему. Беру за руку. Как же он спокоен. Убирает руку.
— Мне нужно уехать.
— Куда.
— К отцу.
— Я с тобой.
— Нет, — резко говорит он. – Ты останешься здесь.
Теперь он, кажется, начинает злиться.
— Знаешь, ты можешь сходить к моей матери. Пообсуждайте её враньё. Может, даже посмеетесь надо мной. За моей спиной, Ника. Это называется любовью? Ты ведь прекрасно понимала, как это для меня было бы важно. Я всю жизнь ненавидел отца за то, что он бросил нас с матерью. Мать столько раз сама мне говорила это. А теперь оказывается, что он и не бросал меня вовсе. Что вся моя жизнь — сплошная ложь. Ещё и ты поучаствовала в этой лжи. Пусть и недолго. Разве это любовь, Ника? Если это она, то мне она нахер не нужна.
— Марк, не говори так, я прошу тебя.
Хочу дотронуться до него, но он отстраняется. Не даёт мне и шанса. Я сама виновата.
— Я просто не хотела, чтобы ты ссорился с матерью.
— Не тебе такое решать, Ника! – взрывается он. – Ты никакого права не имела скрывать от меня эту книжицу. Ты заигралась, девочка!
Он закрывает сумку и идёт к выходу. Дневник у него в руке.
Я бегу за ним.
— Марк, не уходи, не оставляй меня, я прошу тебя.
Он в прихожей, я еле успеваю за его длинными ногами.
— Марк, — плачу я.
— Не надо, Ника.
Он надевает куртку, ботинки.
— Не вздумай ехать за мной.
С этими словами Марк выходит за дверь. В который раз я остаюсь одна. Я смотрю в окно. Меня накрывает боль, а фары чёрного «Шевроле» быстро исчезают на дороге…
Минут через десять я слышу, как за моей спиной вибрирует телефон. Я подхожу к столику. Опускаюсь на диван. Мне звонит Вадим.
— Ника, — взволнованный голос в трубке. – Ника, где Марк, я не могу дозвониться до него! Это очень срочно!