— Ярочка, ты тогда в аварию попала и не знаешь, — подхватила Аня. — Тебя почти два месяца не было, а потом как-то…
— Не до этого было, — продолжила я с кривой усмешкой. — Понимаю. Что случилось?
— На поместье Чебуковых напали, — сквозь зубы продолжила Света. — Маруся погибла. Мать и младшая сестра Тараса тоже. Они погибли, понимаешь? А этот Тарас выжил.
— Ты винишь его в том, что не умер вместе с остальными? — переспросила я, не зная, как реагировать.
— Нет. Я виню его в том, что он спас своего конюха, а мою сестру — нет, — Света ударила по скамейке кулаком. — И знаешь, что сделали Чебуковы после? Отец послал новый брачный договор, уже с моим именем, а Тарас заявил, что я не достойна стать его женой, — взгляд Светы потух, она взяла себя в руки и добавила уже спокойным голосом. — Союза не случилось. Нашему роду пришлось несладко.
— Я… сочувствую твоей утрате, — я обняла подругу и уткнулась в её плечо. Света слишком гордая, чтобы признаться, что необоснованно обвиняет Тараса в смерти сестры. Истинная причина её ненависти — задетое самолюбие и отказ от брака. — Надо было рассказать мне.
— Ты себя-то забыла тогда, что уж про нас говорить, — покачала головой Света и отстранилась. — Мы боялись, что после пережитого ты так и останешься запуганным ребёнком.
Эх, всё же переборщила я тогда, изображая Ярину такой, какой она казалась мне. Да и воспоминания не сразу восстановились. Так что для всех я казалась именно ребёнком, который пугается собственной тени, отпрыгивает от зеркал и прячется среди травок и цветочков.
Хотя это к лучшему — в тот момент я могла всё испортить. После аварии и гибели матери Ярина стала неким жертвенным агнцем. Девочки здорово помогли мне, окружили заботой и дали время разобраться с происходящим. Именно в тот период они и начали опекать меня и так привыкли к моей слабости, что перемены стали для них неожиданностью.
— Девочки, я так и не поблагодарила вас… — начала я свою прочувствованную речь. — Если бы не вы, я бы не смогла пережить… всё, что навалилось, и…
— Вот дурында! — Аня сгребла меня в объятия и прижала к себе с такой силой, что я крякнула от неожиданности. — Мы же тебя любим. Ты для нас не просто подруга. Ты почти как сестра.
— Да, Ярина, мы бы очень хотели обрести ещё одну сестру, — обратилась ко мне Татьяна Дорофеева, переглянувшись с сестрой. — Если мы в чём и разбираемся, так это в том, что в одиночку гораздо сложнее выживать.
Девчачий круг поддержки сомкнулся. Мы обнялись, дав друг другу обещание, что всегда придём на помощь или сделаем всё от нас зависящее, если это будет необходимо. В какой-то момент Света притянула к нам Митеньку, обняла и его тоже, а я прикрыла глаза.