«Бабушка» Зина двигалась через лобби медленно, торжественно, она кивала знакомым медсёстрам, улыбалась другим пациентам и вообще вела себя так, будто это не клиника, а её личная гостиная, в которую временно забрели чужие люди.
Инна, стоявшая у поста, заметила моё лицо и едва заметно закатила глаза. Наташа, стоявшая рядом, сделала то же самое, но добавила ещё и скорбную гримасу. Я понимал их без слов. Они знали, зачем пришла «бабушка» Зина. Вернее, к кому.
Раз в три месяца старушка приезжала на плановое обследование: у неё была гипертония и что-то с желчным, и каждый раз процедура заканчивалась одинаково…
Зинаида Павловна ждала, пока Лёха пробежит мимо, и затем совершала то, что можно было квалифицировать как домогательство: она щипала его за задницу. И это был не случайный жест!
Почему он не жаловался?
Не знаю. Может, потому, что баронесса была женой покойного генерала, и её «обследование» оплачивалось по VIP-тарифу?
«Бабушка» Зина тем временем направилась к ресепшену. Девушка, та самая, чьё имя я не помнил, встретила её заученной улыбкой.
— Зинаида Павловна, доброе утро! Вы по записи?
— Конечно, милая, — баронесса сняла норковое пальто и протянула его. — Я всегда по записи!
Она оглядела лобби, проверяя, всё ли на месте, и добавила:
— А Лёшенька сегодня работает?
Аня посмотрела на меня, я посмотрел в планшет, а Инна, проходившая мимо с папкой… резко развернулась в сторону ординаторской, чтобы предупредить потенциальную жертву.
Я тут же ушёл, потому что у меня начинали сжиматься скулы: хотелось ржать. Сильно хотелось!
На лестнице по пути к палатам встретил Лизу. Старшая медсестра оперблока. Красавица, одним словом, двадцать семь лет, губы бантиком, выразительная родинка над губой. Каштановые волосы в пучке, которые я никогда не видел распущенными. Из-за чего думал, что он намертво склеен… Зелёные глаза с прищуром, как будто она постоянно оценивает качество моей работы. Причём в девяноста процентах случаев она оценивала меня как мужчину.
— Вы опять не завтракали, Александр Сергеевич?
— Лиз, я завтракаю мыслью о спасении пациентов, — ответил я, даже не сбавляя шага. — Это калорийнее овсянки.
Она фыркнула, но не отстала, а пошла рядом, цокая каблуками по плитке. Её белый халат идеально подчёркивал все прелести. Лиза была из тех женщин, которые знают, как подать себя: ни одной лишней пуговицы, ни одного небрежного жеста. Она могла бы украсить обложку медицинского журнала, и, честно говоря, я подозревал, что она это осознаёт.
— Ваш пульс выше нормы, — заметила она, бросив взгляд на мою шею, где, видимо, билась жилка. — Вы не выспались. Кофеин с утра на голодный желудок — верный способ заработать язву.