— Алексей Фёдорович, — ко мне подходит важный седовласый мужчина из «верхушки» этой военной базы. Он широко улыбается и протягивает руку. — Весь Новосибирск рад, что вы и ваши бойцы вернулись целыми да невредимыми!
— Спасибо… — делаю небольшую заминку, что, вообще-то, не очень хорошо для репутации аристократов, зато мужчина быстро находится и тихо говорит своё имя, после чего я продолжаю: — Павел Юрьевич! Однако, увы, вернулись не все.
Лицо сурового вояки враз мрачнеет, будто бы он сам о чём-то таком не догадывался.
— Да, такова суровая реальность. Воины доблестно защищали свою страну.
— Я хочу, чтобы вы подготовили список всех солдат регулярной армии, которые отдали свои жизни, когда мы зачищали завод.
— Алексей Фёдорович, по этому поводу можете не беспокоиться. Армия Российской Империи своих не бросает.
— Даже не сомневаюсь, — искренне улыбаюсь Павлу Юрьевичу. — Но хочу передать кое-какую благодарность семьям погибших от себя лично и своего рода.
— Так точно, обязательно сделаем в ближайшее время и передадим вам список, — кивает суровый вояка.
Затем нам выделяют машины и сопровождение. Один мужчина в деловом костюме всё вертится где-то рядом, но так и не подходит ко мне. Готов спорить, что это один из работников Имперской Канцелярии и, наверное, его специально послали, чтобы зафиксировать моё возвращение, а может, и зачем-то ещё.
Есть мысли, что таким вот ненавязчивым образом, даже не полунамеком, Канцелярия даёт понять некоторым людям, что их заслуги официально отмечены. Конечно, меня это радует, но и тревожит. Я не готов работать ни на какую организацию, будь то имперские вооружённые силы или Канцелярия. Только сам, только свой род.
⁂
Заезжаем в родовое поместье, и на том я прощаюсь с солдатами, больше в их транспорте и сопровождении нет никакой нужды. У всех моих родственников свои дела, а потому меня встречает только отец и многочисленные слуги. Собственно, Федор Максимович явно доволен моими заслугами, а потому улыбается и с удовольствием протягивает руку.
— Ты показал всей Империи, что у Орловых еще есть порох в пороховницах! — смеется он. — Умеешь все-таки удивлять, Алексей. Думаю даже, что еще не раз это сделаешь!
Дружелюбно улыбаюсь на теплые слова, ведь прошлый Алексей совсем не привык их слушать от сурового отца.
— Рад служить роду и Империи, — с солдатской выправкой декларирую и чуть позже спрашиваю: — Наш уговор в силе, отец?
— Разумеется, забирай всех, кто был с тобой, и ПАД можешь оставить себе. ПАДов много не бывает.
Затем воины рода во главе с Артемом Федотовым, что с радостью решают примкнуть в мою личную гвардию, направляются в казарму, чтобы собирать вещи и готовиться к переезду. Магическую клятву они дадут потом, это пока ждет. Позже приезжает Никита на белоснежном «Стриже», он не может не отметить мои достижения, но общаться с ним некогда.