Одно я знаю точно — мы не пробудем здесь месяц или два, а потому и медитации бессмысленны, для получения результата от них нужны многие дни упорного труда. Бессмысленно и заниматься моими зельями. Зелья Древних уникальны тем, что словно подстраиваются под каждого идущего и действуют, принося ему наибольшую выгоду. Малый Росток Средоточия, который я принял в Миражном, действовал неделю, кажется. Средний, по уверениям Седого, будет действовать, то и дело принося в мой разум едва уловимый скрип дерева, не меньше трёх недель, но не больше шести.
И всё это время мне нельзя будет оказываться в зонах запрета Поля Битвы, иначе половина, а то и больше результата зелья Древних исчезнет. Одни считают, что зелья Древних содержат в себе Массивы, другие доказывают, что в целебном эликсире плавают крошечные частички небесных материалов, несущие на себе формации, третьи до хрипоты твердят, что в них заключены намерения и память изготовивших их лекарей-Древних, но правды не знает никто.
Тот, кто узнает правду, тот, кто поймёт, как повторить результат, сумеет воссоздать ещё одну великую тайну Древних.
Первым делом я привязал к себе кисеты, заглянул внутрь, своими глазами увидев эту гору духовных камней, что получил за кристалл.
И это только одна из ничем особенным не примечательных фракций. Правда, таких фракций большинство в Империи, пятизвёздочных фракций гораздо больше чем шести, семи и так далее.
Шесть звёзд — это фракция, что сумела вырастить Повелителя Стихии. И с этого момента сила фракций определяется именно числом и силой выращенных ей Повелителей.
Правда, я не знал, что Повелитель может прийти куда-то и основать пятизвёздочную фракцию, но здесь я зря злился на Седого. Если бы хоть немного подумал, как он иногда от меня требует, то сообразил бы, что тот же старший Тизиор именно так и поступил, да и я сам, с Властелинами Духа Ордена Небесного Меча собираюсь провернуть точно то же самое — обладая силой, превосходящей силу беззвёздной фракции, начать всё именно с неё, с первой, низшей ступени фракций.
Но это всё впереди, это всё потом, после того как Нора, если быть откровенным и не врать самому себе, отпустит нас и если отпустит.
А пока же…
Я достал из кисета маску, что купил для себя. Скептически оглядел её, остался недоволен внешним видом, но теранул порезанным пальцем, оставляя кровавый след и привязывая к себе.
Приложил к лицу, дёрнул щекой от несколько позабытых неприятных ощущений того, как маска прилипает к коже, становясь с ней единым целым и меняясь под моим влиянием.