Я, не обращая на него внимания, перевёл взгляд на остальных, ждущих разговора со мной. Ждущих, глядящих на происходящее и обсуждающих между собой всё, что видят, слышат и думают. Шёпотом и мыслеречью, кому позволяло Возвышение.
Четыре десятка стражи? Да плевать.
Отправил к толпе пришедших присоединиться ко мне мыслеречь, чтобы быть уверен, что каждый из них услышит:
— Иногда вежливость, желание помочь и желание дать надежду на новую жизнь принимают за слабость. Иногда некоторые слишком уж рьяно следуют приказам, которые получили от своих старших , готовы в своём безумии даже пожертвовать жизнью ради служения.
Вроде намекнул достаточно жирно.
Снова вернул взгляд на наглеца и улыбнулся. Молча. Есть не только жизнь и раны.
Через миг отправил к наглецу Морлан силу. Выплеснул её не давлением, которое пригнуло бы его к земле, а нежно, осторожно обернул коконом. Да, провернуть все трюки, которым меня учит Седой я ещё не могу, но здесь и сейчас мне все и не нужны. Нужен только один.
— Это чего ты… Х-р-р-р…
Я сжал свой кокон, со свистом, с хрипом выдавливая воздух из наглеца.
Он захрипел, явно забился в плену моей силы, но не сумел даже пальцем шевельнуть. Да, разница всего в три звезды Возвышения, но нужно глядеть глубже. Нужно сравнивать количество силы, которую могу выплеснуть я и он. Нужно сравнивать разницу в познании этой силы, её качество. А ещё нужно учитывать, сколько стихии я добавил к выплеснутой духовной силе. Она сейчас не травила наглеца, там не было ни единого змея стихии, но она усиливала духовную силу, делая все попытки выбраться, сбросить оковы — бессмысленными.
Не с его Возвышением. Не с его пониманием своей силы. Не с его основой.
Он уже побагровел, пучил глаза, вращал ими, часто хлопал ресницами и раззявленным ртом, которым не мог втянуть ни крупицы драгоценного воздуха.
Перешёптывающиеся претенденты на место во фракции тоже поняли, что дело неладно. Уверен, кто-то из них сжимал в кармане потеющей рукой артефакт, готовый отдать сигнал, едва наглец сдохнет.
Но мне этого не нужно было. У меня тут каждый день на счету, потому что всё ближе и ближе день возвращения Седого.
Поэтому я резко втянул в себя силу. Наглец рухнул на землю, царапая грудь ногтями и с клёкотом втягивая воздух. Спустя три захлёбывающихся вдоха он засучил ногами, отползая от меня.
— Т-ты. Т-ты.
Я мягко поинтересовался:
— Куда ты?
— Т-ты… — внезапно глаза его вспыхнули. — Убивают! — глубоко вдохнув, он заорал ещё громче. — У-убива-ают!
— Не ори, — негромко посоветовал я ему. Но этого едва ли не шёпота хватило, чтобы заткнуть наглеца от Морлан. — Всё равно никто не придёт, ты ведь жив. Встань туда, — очертил я силой третий круг. — Тут я соберу всех, кто хочет получить за свои таланты плату.