Тот с выпученными глазами смотрел на всё происходящее. Элфин был задет до глубины души из-за того, что его в какой-то момент просто откинули, как слепого щенка. Это при том, что Элфин имел уровень не ниже пятидесятого.
Получается, что болотник был даже сильнее его. Но я снова остановил себя. Уровень в какой-то момент перестает иметь значение. Уровень — это всего лишь количество твоих сил, но иногда играет роль не количество этих самых сил, а именно точка их приложения.
Я уже знал, что в прямом противостоянии с этой вонючей пятиметровой хреновиной я не справлюсь. Просто не справлюсь. Я в какой-то момент умру от усталости, и всё. Возможно, это будет лет через десять. Но за эти десять лет я ни на йоту не подвинусь к тому, чтобы его победить, если не придумаю, как это сделать.
— Роб, — обратился я к своему защитнику, — какие есть мнения по поводу уничтожения противника?
— Ядра, — с сомнением проговорил он. — Я просто не вижу других средоточий энергии в его так называемом теле. Это просто жижа с пятью вот этими жизненными центрами.
— А думает он чем? — спросил я.
— Да тем же, чем и все, — ответил на это Йонир, хохотнул и с двух огнемётов продолжил испарять болотника. Но тот с каждой минутой всё грознее и грознее огрызался.
И вот уже Йонир несколько раз получил чувствительные тычки, а один раз даже упал навзничь. Но я не дал его накрыть волной жижи, подставив свой меч. Однако, Йонир уже сдавал. Големы Моура проходили сквозь болотника, но в то же время разлетались от любого его шлепка. На них он даже практически не обращал никакого внимания.
Думай, Макс, думай, — сказал я себе и впитал ещё одну сферу, следом за ней сразу ещё одну. — Думай, Макс, должно быть решение этой задачи.
Если смерть этого кощея в яйце… И, вспомнив древнюю сказку насчёт того, что игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце и так далее, я понял, как нужно действовать.
Я разрубил ядро, которое находилось ближе всего ко мне. Естественно, оно срослось. Я другого и не ожидал. В это время я занялся отрубанием других конечностей. Я стал скакать вокруг болотника, как кузнечик, и, несмотря на то что всегда находился в зоне его видимости, так как головы его отрастали с той стороны, где требовалось внимание, достать он меня не мог.
Да и мне было уже всё равно. Я отрубал одну конечность за другой, затем начал протыкать его тело. И вот тут, кажется, он потерял логику моих действий. Потому что ускорился, озадаченно кхекал, хмыкал, а в конце даже проговорил:
— Ты слишком жалок, чтобы быть героем.
— А кто тебе сказал, что я герой? — парировал я. — Представляешь, тебя завалит обычный бесславный бомж. Как тебе такое, болотник?