Я выбрался наружу. Блуждать в лабиринте технических коммуникаций — не вариант. Сейчас от скорости моего передвижения зависит многое.
Обшивка станции озарена неярким коричневатым светом газового гиганта. Бой идет жестокий, фактор внезапности уже отработал свое, даргиане быстро врубились, что находиться на открытой местности — чревато. Они прячутся за штабелями заготовленных для ремонта корабля бронеплит, находят укрытия в пробоинах обшивки, закрепляются при помощи страховочных фалов. Лишь некоторые имеют в своем распоряжении генераторы искусственной гравитации. Видимо работорговцы не смогли разобраться в их конструкции, им не по силам воспроизвести технологию ушедших…
Лазерные разряды бьют со всех сторон. Главную опасность сейчас представляют дроны. Они уже засекли позиции снайперов, и группами по пять-шесть механизмов устремились к надстройкам, расположенным на господствующих высотах.
— Юрген, как дела у тебя⁈ — перебегаю от укрытия к укрытию, бью короткими очередями, стараясь не подставляться под ответный огонь. Энергия расходуется быстрее, чем предполагалось.
— Застряли! — в ответе технолога чувствуется напряжение боя.
— Потери?
— Пропала связь с десятью бойцами! Понятия не имею, где они⁈ — зло отвечает Юрген.
— Прорывайся к точке возрождения, любой ценой! Разрушь ее, если не сможешь захватить!
Напоминание излишнее. Технолог и сам все прекрасно понимает.
Перебежка. Штабель заготовок, захлестнутый петлями тросов. Над головой проносятся дроны. Бью им вслед из ИПК. Два взрываются, остальные мгновенно переключаются на новую цель. Брызжет расплавленный металл. Ближайшие из даргиан замечают меня, тоже открывают огонь, высовываясь из пробоин в обшивке.
Неравенство сил чудовищное. Моя защита пульсирует, затем вдруг гаснет. Очереди импульсников хлещут со всех сторон. Выручает способность нормально двигаться, — бегу, что есть сил, нахожу укрытие метрах в двадцати от главного шлюза корабля Ушедших, перевожу дух.
Щелкает автоматика. В ход уже пошел неприкосновенный заряд микроядерных батарей. Накопители разряжены в хлам. На броне — множество раскаленных оспин. Левая рука двигается с трудом, повреждены активаторы. Боепитание одного ИПК нарушено. Но и я в долгу не остался. Над обшивкой станции, отмечая мой путь, расползается шлейф обломков, среди которых плывут тела работорговцев.
— Ральф, прикройте меня! — готовлюсь к решающему рывку.
Командир снайперской группы не отвечает. Что с Аароном — непонятно. Хаашей по-прежнему нигде не вижу.
На связь неожиданно выходит Фрида. Ее голос рвет участившееся дыхание.