Вот так вот, просто, безлико… И как я должна была его найти? — задала вопрос неизвестно кому. Тот, кто это всё устроил, совсем не учитывал человеческий фактор. Я же могла просто бегать от стража, если бы не случилось несчастье. Он последний в этом мире, к кому бы я обратилась за помощью.
Ладно, смысла нет думать об этом, всё обошлось, и я не потратила полжизни на поиск противоядия для нашей планеты.
— Этот? — я на всякий случай спросила.
«Да».
И что мне делать?
— Это будет опасно? — «Да».
— Ты сможешь меня защитить? — «Да».
— Это опасно для остального населения планеты? — в ответ — пустота.
— Ты не знаешь? — «Да».
Так, ясно. Значит, нужно возвращаться и обдумать всё с Сотниковым, ну или с командой, если она уже существует. Думаю, в любом случае придётся убрать людей от самих Чёрных пут. А они там есть, ведь добыча и патрулирование идут постоянно.
На другом секторе я этого сделать не смогу. Не бегать же мне вдоль границы, отгоняя артели. Ладно, буду надееться, что защита там покрепче.
— Я смогу тебя найти? — «Да».
— Мне позвать? — я постучала по голове. Почему-то пришла именно эта мысль, что с ним не обязательно разговаривать.
«Да».
— Я решу, там, проблемы, — махнула неопределённо, — и вернусь.
Не стала задерживаться, переместилась на границу, и сразу во внешний мир.
На Земле была безлунная непроглядная ночь, поэтому я немного замешкалась, не почувствовала разницы с Чёрными путами, даже, наоборот, испугалась такой плотной темноты. Чёрным было всё до горизонта. Только сейчас поняла, что не так, уходила же я зимой, просто мозг не мог понять, почему нет снега…
Тяжело вздохнула и сделала несколько шагов. Зрение быстро подстроилось, и я увидела траву и даже цветочки. Минимум конец апреля…
Не зная, сколько сейчас времени, скорей всего глубоко за полночь, решила прыгнуть в ту комнату, в квартире Сотникова, откуда уходила.
Как только в поле зрения появилась кровать, у меня заглох моторчик. Сразу поняла, что нет сил даже на кухню сходить, не то что в душ.
«Я здесь», — сообщила, хотя знала, если Пётр Михайлович дома, то он и так слышал сигнал защитной системы.
«Добро пожаловать домой, Анастасия Павловна!» — послышался сонный голос, но я почувствовала улыбку.
Комнату заливало солнце, потому что портьеры были открыты. Я не помнила, как раздевалась, но под одеялом я лежала в одном нижнем белье, ненавистная форма валялась на полу. Как всё закончится — спалю, и никогда больше не надену! И вообще, сменю стиль — буду ходить во всём розовом и с бантиками, — от возникшего перед глазами образа рассмеялась.