— А ты коварный, — щурится Денис и грозит мне пальцем.
Конечно. Эти уроды обидели мою Синеглазку. Создали мне проблемы. Вот и я в ответ создам им.
Скворцов – мой приятель из газеты. Уже завтра новость о двух геях-инцестниках-поджигателях разлетится по всему интернету.
— Так, готово, — кивает Денис на одного из придурков со страпоном прямо на полотенце.
— А что на полотенце-то?
— А что, я его голым должен видеть, что ли?! Сам переделывай, если не нравится.
— Ай, ладно, — машу рукой. – Так. Второму давай наручники розовые вот эти. Ага, так. Отлично. А вот, еще что есть, — и я достаю из сумки кляп. Такой черный шар на ремешках.
— Ептвоюмать, — тихо шепчет Денис. – Ты точно на ней жениться хочешь? Может, передумаешь?
Я смеюсь.
— Хочу, Денис. Еще как хочу.
Надеваю кляп на второго придурка.
Все.
Осталось дело за малым.
Денис достает добытый «косяк» и поджигает его. Комнату заполняет приторно-сладкая вонь. Потом – очередь петарды. Для дыма.
Закинув ее на стол, мы выбегаем из сауны. Садимся в машину и слышим звук пожарной сигнализации, сработавшей в сауне.
— Артур, ну, это было очень жестоко, — говорит мне Синеглазка, обнимая за шею и пальчиками водя по загривку. – Дима, конечно, козел, но, блин, мне кажется, вы реально переборщили? С Денисом.
— Нет, — быстро целую ее в губы и кладу руки на талию. – Это мы еще пожалели этих гондонов. Собственно, что произошло? Новость по всему интернету, что Диман и его дядя – геи, инцестники, наркоманы и поджигатели в одном лице? Штраф и условка за хранение наркоты? Уголовное дело о поджоге и обязанность возместить ущерб владельцу сауны? И все. Очень мало за то, что они обидели мою девочку, — наклоняюсь и шепчу уже ей в губы. – Мою девочку никто не смеет обижать.
И впиваюсь в уже приоткрытый ротик. Мне так хочется остаться с ней дома. Провести еще один вечер в кровати. Но нет. Нас ждут мои родители. Валера тоже.
Официальное знакомство. Попытка номер два.
Поэтому отпускаю Синеглазку.
— Я люблю тебя, — шепчу ей на ушко и веду к машине.
Нас уже ждут.
— Атибальд! Атибальд! – бежит нам навстречу Симона. – А бабушка сказала, что у тебя, наконец, появилась голова на плечах и ты больше не будешь скакать этим, как его? Маленькой лошадкой! Вот!
— Жеребцом, — слышу голос отца и смех. – Симона! Иди сюда. Оставь Артура. Видишь, у него теперь новая хозяйка, — и он кивает на Синеглазку.
Симона резко останавливается и упирается руками в бока. Хмурится. и грозно смотрит то на меня, то на мою спутницу. Все ждут, что же еще выдаст эта девчонка. А она вдруг начинает улыбаться. Машет рукой и говорит как бы беззаботно: