– Влюбился поди.
– Еще чего! Мы с первой встречи друг друга недолюбливаем.
– От ненависти до любви один шаг, Васютка.
– Огромный шаг, Григорий Палыч, особенно если этот шаг в сторону Громова. Уж лучше я на кактус полюбуюсь, чем на его угрюмое лицо!
Вхожу в дом и подмигиваю своему отражению в зеркале. Сегодня я должна быть самой очаровательной и непринужденной. Никаких слез, никаких страданий! Только блеск в глазах и улыбка до ушей.
Я верю в карму. Если Лена обманом затащила Макса под венец, значит расплата не заставит себя долго ждать. Загуляет и бросит ее. Вот увидите.
Кстати, как там соседушка поживает? Встал ли уже с постельки, машинку к поездке намыл? Надо пойти проверить!
Прихватив парочку вчерашних печеных пирожков с капустой, иду к нему.
– Тук-тук! Громов, вы дома?
– Заходи.
Захожу и чуть пирожки не роняю. У соседа по расписанию утренняя тренировка. Обнаженное тело блестит от пота, а мышцы на руках вздуваются венами.
Замираю на пороге, а в голове бешеной каруселью крутятся шальные мысли. Ох, какой атлет… атлетище.
– Ой! Я не вовремя? – запинаюсь, пытаясь скрыть внезапно вспыхнувший румянец.
Громов, оторвавшись от гири, вытирает пот полотенцем и одаривает меня обворожительной улыбкой.
– Очень даже вовремя. А что это у тебя там? Пахнет чем-то вкусненьким!
Протягиваю пирожки, стараясь не смотреть на его внушительные бицепсы.
– Да вот, решила покормить вас перед важным делом. Надеюсь, вашей спортивной фигуре не повредит.
Громов берет один пирожок и откусывает чуть ли не половину сразу.
– Ммм, вкусняшка. Спасибо, соседка!
– Вы ведь не забыли, что сегодня день свадьбы? – заискивающе заглядываю ему в глаза.
– Нашей с тобой? – издает смешок.
– Ага. Очень смешно.
– Ах, ну да, рожа кактуса тебе гораздо приятнее и милее, чем моя.
Ох, он слышал… Всё слышал, что я говорила Григорию Палычу.
– Подслушивать нехорошо, – отвечаю.
– Если беседа происходит прямо под твоим окном, это не подслушивание. Если дамочка купается в твоем душе – это не подглядывание.
Что?!
Блин! Я вчера напросилась к нему в душ. В моем кончилась вода, не углядела. Это что же получается, он подсматривал за мной? Вот нахал!
– Вы… Серьёзно? – хлопаю глазами. – И как не стыдно?
– Ой, расслабься, скромница. Уже темно было, я ничего не рассмотрел.
Выдыхаю с облегчением. Но все равно подлец! Больше к нему ходить не буду.
– Я могу вам рубашку погладить, если надо, – бросаю взгляд на спинку кресла, где висит одежда. – Не люблю мужчин в мятых вещах.
– Можешь погладить меня по голове и сказать, что я молодец. Остальное я сделаю сам. Привык, знаешь ли, сам себя обслуживать.