Через полчаса Роза Кошмарова вышла — спокойная и вроде бы довольная.
— Пойдем, проводишь меня, детка.
У меня отлегло от сердца. Кажется, дей’Клеру удалось поладить с болотной ведьмой.
Обрадованная, я почти вприпрыжку скакала по лестнице. В приемной и прилегающих коридорах, несмотря на выходной день, отиралось немало зевак. Студенты с разных курсов толпились в холле, чтобы взглянуть на ведьму, знаменитую своей мощью и дурным характером. Среди них мелькнула серая фигура Корбины Морель: наставница метнулась под лестницу, явно не желая новой встречи с бабулей.
— Боятся — значит, уважает! — хмыкнула Роза. — Что у вас за порядки в академии? — Даже войти нельзя — якобы охранные чары не позволяют.
Я почувствовала необходимость вступиться за наше учебное заведение.
— Всё из‑за того, что колдовать здесь нельзя… Аномалии. Ты в этом уже убедилась.
Ведьма фыркнула и направилась к дверям. Тяжелая створка сама распахнулась ей навстречу. А вот меня академия не выпустила: шагнув в открытую дверь, я наткнулась на невидимую преграду.
Бабушка почувствовала это. Оглянулась на крыльце и, махнув на прощание рукой, направилась к старому дубу. Траву возле этого почтенного дерева приминала вместительная деревянная колода — новая ступа.
Я постояла, наблюдая, как старшая родственница легко вспархивает в своё транспортное средство и призывает помело. Ведьма махнула им, и серый дым повалил из‑под днища. Мелькнуло пламя. Ступа бесшумно начала набирать высоту.
Я зачарованно смотрела, как бабушка поднимается всё выше и вскоре чёрной точкой исчезает среди облаков.
Над моим плечом с некоторых пор сопела осмелевшая Корбина Морель, но отгонять меня от распахнутой двери не посмела. Очевидно, бедняжке крепко досталось от бабушки: вид у обычно грозной наставницы — или надзирательницы, как студенты называют эту вредину между собой, — был какой‑то пришибленный.
— Это твоя ба-бабушка? — каким‑то дрожащим голосом спросила пожилая дама и даже не попыталась клюнуть меня своим острым подбородком.
Надо же, какой успех! Вспоминая поведение грозной Корбины всего неделю назад, когда та не пустила меня в академию, заставив ночевать на улице, я добавила мстительно:
— Она передала часть силы мне.
Наставница отшатнулась и нервно сглотнула.
Усмехнувшись про себя, я направилась к себе в комнату заниматься. Однако быстро пройти не получилось: меня буквально атаковали вопросами о том, что произошло между ректором и заезжей ведьмой.
Никто ничего толком не видел, зато шум и крики были слышны даже в новом корпусе. По академии бродили самые разнообразные и причудливые слухи. Кто‑то говорил, что ведьма наслала на ректора смертельное проклятие. Другие утверждали, будто ректор заключил бабушку в магическую темницу, оградив огненными копьями, когда та разбушевалась. Третьи заявляли, что госпожа Кошмарова испепелила инквизитора, недаром никто не видел его в академии вот уже несколько часов. Несколько злыдней из числа темных ведьм обвинили во всем меня.